Ты убит, Стас Шутов

Она ? предатель. Гнать ее в шею из отряда.

– Но Стас… ? продолжил Егор.

– Ты за нее? ? прошипел я.

Друг все же стушевался.

– Нет, конечно, за тебя.

– Тогда заткнись, ? жестко сказал я, завел руки за спину и медленно зашагал по комнате, продолжая говорить: ? Если бы не она, я бы тут сейчас не торчал, избитый, обоссанный и глухой на одно ухо. Мицкевич подставила меня. Такое не прощают. И это в ее башку нам надо хорошо вдолбить.

– Так ей! Наваляем гадине! ? яростно бросил Виталик.

– Темную ей! ? пискнул Леший.

– Изгоним из отряда! Прессанем ее! ? крикнул Комар.

– Стас, я надеюсь, ты это не серьезно? ? тревожно спросил Егор.

– Кто не с нами, тот против нас, ? процедил я. Егор замолчал. ? И пока я в больнице… в компании Мицкевич делайте вид, будто ничего не произошло, чтобы не спугнуть ее. А потом, когда я выйду…

Я не стал продолжать. Но уже пообещал себе: эта тварь получит сполна.

4

Отряд ждал предателя у Бункера. Я только вернулся из больницы, все еще с ненавистной повязкой на голове.

Травмированное ухо не слышало, но я надеялся, что это из-за бинтов. Может, сняв их, я буду слышать хоть что-то?

Время у Бункера тянулось медленно. Было ясно и холодно. Все стояли в кругу, лениво пиная мяч. Болтали о фильмах. Я молчал. Под ложечкой сосало ? ведь предстояло совершить то, о чем прежде я не мог и подумать. С одной стороны, все справедливо. Но с другой… Тома столько лет была мне другом. И невозможно в один момент просто убить в себе всю привязанность, оставив лишь ненависть.

Я каждые десять секунд поднимал голову и смотрел в конец улицы: не идет ли знакомая фигура? И вот она появилась… Первым ее заметил Леший, а я отвлекся ? упустил мяч. Пришлось бежать и доставать его из колючего кустарника.

– Вон эта чешет! ? крикнул Леший. Все всполошились.

Никто не знал, что делать, койоты ждали меня. Я вернулся и отложил мяч в сторону. Встал вперед, в центр; остальные ? в линию за моей спиной. Все смотрели на Тому. А она уже бежала ко мне, все ближе звенел ее родной голос, полный облегчения:

– Ста-ас-с, Ста-ас-с!

Особое звучание имени кольнуло сердце.

Я сжал кулаки, поднес один ко рту и прикусил костяшки, чтобы приглушить рвущийся наружу вой. Тома… Прошлое ведь не забыть так просто. Ноги рвались тебе навстречу: хотелось обнять тебя, зарыться в волосы, пахнущие ванилью. Кружить тебя в воздухе, слышать смех и все забыть, как страшный сон… И я действительно дернулся тебе навстречу.