Чип Блейза. Статус

Сложно было усидеть на месте в полном неведении, что делать дальше и к чему идти.

Я вскакивал с дивана, отжимался, приседал, качал пресс. Но даже физические нагрузки не помогали успокоиться. Вновь садился, брался за новую книгу, пробовал смотреть телевизор…

Безрезультатно.

Чувствовал себя ребенком, который с самого утра тридцать первого декабря ждет полуночи. Уже изнемогает от этого бесконечного ожидания, теряет терпение. Но приблизить заветный момент не в его силах.

Белова же за несколько часов так ни разу и не вышла из своего кабинета.

– Пообедаете, Александр Петрович? – предложил Григорий в два часа.

Я согласился. А в четыре еще и за полдник уселся.

Именно тогда, поедая свежеиспеченные сдобные булочки с чаем, я услышал сквозь приоткрытое окно гул мотора.

– Кто-то приехал! – крикнул я в сторону кухни и направился в прихожую. Окна гостиной выходят во внутренний двор, через них гостей не увидишь.

Быстро накинув куртку, шепнул двери:

– Шахтеры – гвардия труда.

Раздался щелчок замка, и я вышел на улицу.

За забором позади моей «Тундры» остановился белый «Лэнд Крузер». Не самый новый, навскидку машине лет десять – морда не такая дерзкая, как у последних поколений, потерта, да и хозяин ее уж точно не начальник базы или какая большая шишка.

Всего лишь Чен.

Я волком смотрел на китайца, отворившего калитку. Никогда не считал себя расистом, но лица гостей из Восточной Азии (да и с Передней тоже) всегда запоминал с трудом. Однако вошедшего сейчас во двор узнал бы из тысячи.

– Привет, – кивнул он отороченным мехом капюшоном и прошел мимо.

– О, господин Чен! – послышался сзади голос Григория. – С возвращением! Кушать будете?

– Добрый день, Григорий. Буду. Потом. Сперва поговорю с Натой.

Развернувшись, я увидел, как азиат невозмутимо миновал и дворецкого. В его движениях не чувствовалось напряжения, однако что-то заставляло меня беспокоиться.

– Наталья Павловна просила ее не беспокоить, – крикнул Григорий вдогонку Чену.

– Переживет, – услышали мы уже из дома.

Не сговариваясь, бросились обратно в здание. Чен уже успел скинуть ботинки и, пройдя по коридору, жал на звонок центральной двери.

– Ната! Это я, – он громко постучал. – Впусти или выходи! Новости есть! И они тебе не понравятся!

От его слов волнение только усилилось.