Становление вайлорда

На его тарелке еще оставался один голубец. – Что насчет второй?

Мне потребовалось несколько секунд, чтобы понять его вопрос.

– Вторая – «Багряные псы», – ответил я. – Я не хочу сейчас прекращать воевать с ними.

Отец нахмурил брови и коротко спросил:

– Причина?

– Они сделали много зла моим друзьям. А еще из-за их действий страдают обычные люди.

– Подробности?

– Увы, это дело мое и клана Добриных.

Отец хмыкнул:

– Хороший ответ. Тогда другой, личный вопрос, не имеющий отношения к политике. Что тебе до страданий обычных людей?

Он спрашивал серьезно, сверля меня взглядом.

Сначала от такого глупого вопроса меня захлестнул гнев, но я быстро его подавил и твердо ответил:

– Страдать тяжело и больно. Но если тебе хочется услышать что-то более приземленное, то эти страдания призывают граймов.

– А что тебе до граймов?

– Граймы – зло. И силы вайлордов нам даны прежде всего для того, чтобы, уничтожая их, защищать людей. Для этого и нужны кланы и синдикаты. А не для того, чтобы растить свое финансовое благополучие и вес в обществе.

Отец несколько секунд подозрительно смотрел на меня, а затем со странной полуулыбкой на губах покачал головой. После всех этих вопросов у меня появилось чувство, будто он меня экзаменует. Или допрашивает…

– Может, на меня ты и похож внешне, но на Лику внутренне, – тихо сказал он.

– А это плохо?

– Смотря для кого, – вновь хмыкнул отец. А затем нахмурился: – Стас, я тебя услышал. А теперь ты послушай меня. Если вернешься в родной синдикат и если я тебе действительно настолько противен, можно сделать так, что мы будем очень редко видеться.

Исключительно по рабочим вопросам. И второй момент: «орлы» смогут защитить Свету. Артур знает, что она медиум, и приложит все силы для ее защиты. Как и я, разумеется. А о том, что «псы» больше не будут иметь к вам никаких претензий, я уже говорил. Защищать вас от них, когда вы работники Добриных, мы не сможем.

– Я все сказал, отец. Но твои слова Свете передам. Может быть, она согласится вернуться под вашу защиту.

Он отрицательно покачал головой и ответил:

– Без тебя не согласится. Я звонил вчера вечером и разговаривал с ней. Я быстро понял, что ты все ей рассказал.

– И сам попросил не рассказывать о звонке? – нахмурился я. Отец молча кивнул.

Вот значит какие у нее «женские проблемы» с самого утра? Боялась мне на глаза попадаться… Отец еще и надавил на нее, поди.

– Стас, что будешь делать, когда война с «псами» закончится?

– Пока не знаю.