Становление вайлорда

– Приветствую выздоравливающих! – бодро помахал рукой Дэн. – Чего кислые такие? Кто радуется жизни, тот быстрее исцеляется!

Ребята вымученно улыбнулись. Олег полусидел на кровати, а Таня в белом махровом халате разместилась рядом с ним на стульчике. Ее левая рука была зафиксирована лангеткой. На всех открытых участках ее тела виднелись заживающие царапины. На теле Олега царапин было меньше, хотя пострадал он сильнее – вот и отличие вайлорда с его регенеративными способностями от обычного человека.

Когда все поздоровались, вручили гостинцы, поставили цветы в вазу и расселись по местам, в палате повисло неловкое молчание.

– Ну? Что говорят по выписке? – Миша первым решился нарушить эту давящую тишину.

– Говорят, лучше пока понаблюдаться у них. Не отпускают, – пожаловался Олег.

– Ну а чего тебе дома делать со сломанными руками и ногами? – хмыкнул Дэн. – Тут хоть за тобой первоклассно ухаживают.

– Ухаживают, – кивнул Олег и нахмурился. – Уже второй раз. А ведь это довольно дорогая клиника…

– Какой счет они нам выставят? – взволнованно спросила Таня.

 – Я спрашивала, мне говорят, что все бесплатно. Но… Как-то странно. Олег, мне… – она поджала губы и опустила голову. Мы не торопили ее, и через несколько секунд Таня неуверенно подняла глаза. – Олег мне рассказал, почему все это случилось…

Она вся сжалась и тихо заплакала. Олег подался к ней и неловко приобнял любимую правой рукой. В отличие от левой, она была не в гипсе, а просто плотно перевязана.

– Не плачь, Тань, все позади, – тепло проговорила Света, быстро поднявшись со стула и обняв девушку за плечи.

 – Этот подонок больше вас не тронет, а ваше лечение и правда будет целиком произведено за счет клана.

Таня заплакала и задрожала. В этот момент в палату ворвалась медсестра. Отстранив Свету, она взяла Таню за правую руку:

– Идемте, Татьяна Федоровна. Пойдемте в вашу палату, вам нужно отдохнуть, – ласково заговорила она.

Таня безропотно последовала за медсестрой, точно овечка за пастырем. Уходя, медсестра бросила в нашу сторону недовольный взгляд.

– Извините, – пробормотал Миша.

Дверь закрылась, и мы остались впятером. Я перевел взгляд на Олега. Вены на его лице и шее были вздуты. Казалось, мой друг с трудом сдерживается, чтобы не взорваться. Еще немного и даже переломы не смогут удержать его в кровати.

Олег медленно выдохнул и прикрыл глаза. Затем резко открыл их и уставился на меня.

– Стас, эта тварь, Бульдог, действительно, мертва? – прорычал он.