Бастард рода демонов. Аристократ

Эх, вот и надо ж было так вляпаться, а? Сперва нарваться на Способности Тюран, затем вот это вот всё… Чёрт возьми, что же за сила здесь скрыта, которую так хочет заграбастать моя невеста? И что за мечта у неё такая, путь к которой ей указал мой отец?

Да уж, сколько я уже иду по этой тропе? Ощущение времени смазано. Может быть, прошёл час, а может, и минут пять…

Всё что остаётся – это предаваться собственным мыслям. А может быть, это само место их притягивает?

Хм…

И вот что интересно, я никогда не был слепым гордецом, который не принимает помощи.

Но в то же время никогда и не считал, что кто-то, мама или дядя Гена, обязаны мне всё преподносить на блюдечке с голубой каёмочкой. Напротив, мне бы не хотелось, чтобы они пострадали из-за каких-то моих дел.

И, тем не менее, сейчас, когда постэффект от способности Тюран уже совсем отпустил меня, могу с уверенностью заявить: дядя Гена живот надорвёт, но постарается вытащить меня из «плена» Венер.

Мне не нравится эта идея. Слишком опасно. Однако Генрей Крокомот, скорее всего, ещё и виноватым себя чувствует.

Ведь «охмурила» меня моя невеста в его замке, а он, насколько я понимаю, считает (справедливо считает) себя моим опекуном…

И, ведомый этими чувствами, он вполне может объявить войну Венерам. Но не в одиночку – дядя Гена не из тех, кто захочет бессмысленно погибнуть, пусть и ради благой цели. Полагаю, он приложит все свои умения, чтобы найти союзников.

И найдёт. И нападёт на клан Венер. Однако война эта будет бессмысленной, если я не выберусь из Фронтира.

Я забрёл в эти дебри, ведомый своей чуйкой и волей случая. Выбираться же, похоже, придётся с помощью…

Вновь вздохнув, я, не сбавляя шага, покачал головой. Бесконечная тропинка начинает утомлять.

Я шёл прямо ещё какое-то время. На сей раз в голове будто бы образовался вакуум – ни одна мысль не рисковала нарушить его, и от этого становилось тошно. Монотонное однообразие давило. Я не чувствовал физической усталости, однако казалось, будто само моё естество перекручивают на мясорубке.

Душу? Сознание? Не знаю, как это назвать…

Я всё шёл и шёл. И конца моему походу не было видно.

– Кха… кха… – глухо закашлял я. Грудь будто сжимали тисками, и я не мог набрать полные лёгкие воздуха! Что за…

– Ты правильно думаешь, Илюша, – донёсся со всех сторон голос Клавдии Игоревны. – Это место не предназначено для живых. Продолжишь гулять по тропинке – и умрёшь.

– И что же мне… кха… делать? – голова закружилась, и я упал на колени.