Мрачность +3. Господство Тления

Хм, половина помещения – пол и стены примерно до середины – покрыта слоем темно-зеленой дряни. Обладай я сейчас физической оболочкой, точно не смог бы увернуться. А если бы решил подпрыгнуть и зависнуть под потолком, отравился бы газом.

Но этого, к счастью для меня и к великому сожалению для монаха, не случилось.

Трезубец Тьмы.

Вы нанесли урон 357.

Вы победили Лейда. Получен опыт 5312.

Вы можете использовать добивающее умение на Лейде.

«Фух… вот и все» – мысленно произнес я сам себе, внешне сохраняя невозмутимость.

– Про обезьян… слышал? – устало улыбаясь, прокряхтела девушка, подняв голову и посмотрев мне в глаза.

– Слышал, – ответил я, полагая, что Отблеск Рюгуса бредит.

– Вы скакали, как мартышки в клетке, – усмехнулась она и сухо закашляла.

– Помолчи, умная, – хмыкнул я. – Тебе вредно говорить, – оторвав кусок ее плаща, всунул его в рот несчастной. – Терпи молча. Может быть больно.

– Акх-агх… – Уна захрипела и задергалась, когда я выдернул нож из ее бока.

– Еще немного, умничка… – пробормотал я, взявшись за рукоятку другого ножа.

– Арх!!! Тьфу! Будь ты проклят, Бон!!! – заорала она, умудрившись выплюнуть импровизированный кляп. – Разве так можно, черт бы тебя побрал, с дамой?!

– Тихо-тихо-тихо, – зашептал я, обхватив Отблеска Рюгуса за талию, – не хватало еще, чтобы на твои вопли сбежались враги.

Сняв мученицу с крюка, осторожно положил ее на пол и достал из инвентаря желтую мензурку, полученную от Лиро.

– Нет… не трать на меня, – с трудом подняв руку, Уна накрыла своей ладонью мою. – Добей меня, Дэрк. Так будет проще.

– Не выдумывай, – фыркнул я и влил «Зелье восстановления 3» ей в рот.

Раны Отблеска Рюгуса начали затягиваться прямо на глазах, а броня и плащ восстанавливаться. Обновив на себе «Спокойствие Тьмы», я материализовал отмычки и без особого труда открыл замок рунических кандалов.

– Спасибо, мой рыцарь.

– Не надо таких сравнений, ни к чему хорошему они не приводят, – усмехнулся я. В груде же кольнуло, стоило вспомнить, что стало с другой девушкой, считавшей меня своим рыцарем.

– Уж и принцессой побыть нельзя, – фыркнула Уна и, усевшись на каменный пол, приблизила свое лицо к моему. – Спасибо… – тихо проговорила девушка, положив руку мне на щеку и глядя прямо в глаза. – Никто раньше не рисковал ради меня жизнью.