Конец мрачности

Страшно подумать, насколько же сильной стала Отблеск Рюгуса, раз справилась с таким противником. Распоров тело уже мёртвой рептилии, девушка отыскала Археуса и крупный Осколок Единства.

Я видел, как безумный бог, сотни лет пребывавший в забвении внутри змея, мгновенно бросился в бой, справедливо увидев в Уне опасность. Однако моя… бывшая подруга прямым ударом ноги отбросила Археуса назад, а через миг поравнялась с ним, трижды ударила кулаком в голову и, когда противник «поплыл», забила ему ноздри лиловым песком.

Я только что бился с Археусом и, хочется верить, что если бы бывший Бог Праведности был в норме, так легко бы Уна его не победила. Всё-таки многовековое забвение сделало своё дело – грубо говоря, Археус толком проснуться не успел, как получил по морде от Отблеска Рюгуса.

Ну а дальше осколки памяти Археуса показали мне Рюгуса, Бона, всё ту же Уну, которые втроём сверху вниз глядели на валяющегося у их ног бога. Дело происходило на крыше Зуртарна, и я даже через чужие воспоминания мог ощутить мощный энергетический фон башни.

Наваждение испарилось. Возможность видеть реальный мир своими глазами вернулась ко мне, но вместе с ней пришло и горькое сожаление. Если бы я сумел одолеть чёрного змея раньше… Тогда бы Археусу не пришлось сражаться на стороне его злейшего врага, не пришлось страдать сейчас ни ему, ни мне. Но, что более важно, Осколок Единства был бы у нас, а не у Рюгуса… Хотя стоп, тут я погорячился. Если бы я одолел змея и получил Осколок тогда, то использовал бы последний Осколок вместе с остальными Осколками, когда восстанавливал Зуртарн.

Что странно. Я прекрасно чувствую энергетический фон самой значимой башни Зуртейна. И он по своей природе точно такой же, как в тот день, когда я восстановил Зуртарн. А это означает лишь одно – хоть Отблеск Рюгуса и получила последний кусок Единства, почему-то его всё ещё не присоединили к остальным.

– Добей… меня… – еле слышный хрип прервал мои неуместные в данный момент размышления. Я всё так же сдавливал голову Археуса, правда, он только что разжал челюсти и больше не пытался меня сожрать.

– Я помогу тебе, – приглушив огроидский голосок, произнёс я.

– Поможешь… если добьёшь… я… я не могу сопротивляться… дольше… Добей меня… странный волхв… друг Древних…

– Нет. Я спасу тебя.

– Глупец… А-а-а-а….