Хозяин восьми морей. Перерождение Артефактора

Весь при параде с артефактным ятаганом и пистолем – не из местных.

– Тоже получить хочешь? – бросил я, направив на вновь прибывшего ствол пистоля.

– Я…

Что «я» мы с Первым так и не услышали.

Раздался хлопок, и комнату заволокло дымом.

Глава 4

Задержав дыхание, я отпрыгнул подальше от эпицентра взрыва.

Проклятье! Дым слишком густой и быстро распространяется по комнате.

Я рванул к двери и едва не снёс черноволосого модника.

Как и я, он зажимал нос и рот руками.

Кивком головы парень указал на выход.

Как мило с его стороны! Не стал улепётывать без меня?

Выбравшись в коридор, мы захлопнули за собой дверь. Засов бы сломан, и я запер дверь, пропихнув в ручку дуло пистолета.

Я посмотрел на незнакомца. Он опустил взгляд на моё достоинство и неодобрительно покачал головой. А затем, глядя мне в глаза, сказал:

– В цивилизованном мире принято прикрывать свой срам одеждой.

– В цивилизованном мире не принято врываться в спальню к людям.

Только если вы не состоите в любовной связи, – парировал я. – Прости, модник, ты не в моём вкусе. Я предпочитаю женщин.

Черноволосый нахмурился и снова покачал головой.

– Я, между прочим, на помощь тебе спешил. Господин Лаграндж попросил меня срочно вернуться в Торвиль, присмотреть за своим ожившим экспонатом.

– Сыном, – поправил я.

– Самое большее гостем, – хмыкнул он.

Хм, Лаграндж послал ему весточку ещё до нашего утреннего разговора?

– Вообще-то, приёмным сыном, – я невозмутимо протянул руку.

 – Прошу любить и жаловать, я Теодор Лаграндж. Будущий капитан и покоритель Восьми морей.

Незнакомец широко распахнул глаза и отступил на полшага. Ещё раз оглядел меня с ног до головы и проговорил:

– Мне ещё не доводилось жать руки голым бредящим мужчинам.

– Всё бывает в первый раз.

– Эндрю Дэвис, – сказал он, наконец-то ответив на рукопожатие. Ладонь его была сухая и жилистая, а указательный палец холодило широкое серебряное кольцо с лунным камнем.

 – Воспитанник и личный помощник господина Лагранджа.

Справа по коридору послышался какой-то шорох. Мы с Эндрю резко обернулись и увидели выглядывающую из-за угла служанку.

– О-о-о… – удивлённо протянула она, таращась на меня во все глаза. Это была Марина Друшлакью – полнотелая женщина пятидесяти лет. Как и Григорий, она жила в особняке постоянно. Другие помощники по хозяйству, как я понял, в доме не ночевали.