Хозяин восьми морей: Возвращение в Сумрак

 – На самом деле без разницы, поверишь ты мне или нет. Ведь Леон Джонсон мёртв – факт. А я жив. И я хочу быть твоим живым другом. Согласись, Леон сейчас на это неспособен.

Вождь Нассийя замер, а затем заливисто расхохотался.

– Ты прав! – сквозь громкий смех выдал старик. – Что ж… Нассийцы станут считать тебя другом, а дальше посмотрим на твоё поведение.

Я с достоинством поклонился.

Между нами тремя повисло молчание. Правда, уже через несколько секунд Починкко выпалил:

– Брат! Если ты в самом деле Леон Джонсон, значит Марси твоя дочь?!

– Что за Марси? – оживился старый вождь.

– Старпом на нашем корабле, говорит, что Леон Джонсон – её отец, – быстро пояснил Починкко.

– Хм… Любопытно, – затянулся трубкой Нассийя.

Оба алти с интересом уставились на меня.

Я усмехнулся:

– Ну ладно Нассийя. Ему идёт быть дедом на завалинке, который обсуждает чужую личную жизнь, но ты-то? – укоризненно попенял я своему товарищу.

– Мне тоже интересно, – ничуть не смутился он.

– Не обязательно быть дедом, чтобы интересоваться отношениями между людьми, – поддержал собрата старый вождь.

– Ага, можно быть бабкой, – проворчал я.

Они продолжали пялиться на меня, взбудораженно улыбаясь.

Я выдохнул и покачал головой:

– Марси считает Леона Джонсона своим отцом. Значит, для неё он и есть её отец. Всё.

Нассийя громко хлопнул ладонью по соседнему пеньку. А затем вновь расхохотался. Починкко с недоумением пялился на старого вождя, будто размышляя, какая трава лежит в его трубке.

– Ответ, достойный Леона Джонсона, – изрёк Нассийя. – Он никогда не спешил кому-то что-то разъяснять или сбивать с себя навешенные ярлыки. И он точно не стал бы лишать веры юную деву. Что ж, дочь моего старого друга на твоём корабле, мой новый друг, солнечный алти Тайон. Пожалуй, я озвучу очевидное… Но долг требует от меня произнести это вслух: нассийцы не претендуют на клад Леона Джонсона, зарытый на нашем острове. И, разумеется, не будут препятствовать вам, когда вы станете его забирать.

Мы с Починкко одновременно кивнули.

А затем, разогнув шею и глядя в лицо своего старого-нового друга, я быстро произнёс:

– Раз разобрались с мелкими деталями, перейдём к делам. Кто терзает твоё племя, Нассийя? Почему так мало воинов? Почему напали на нас? И… где твой наследник, Нассийя?

* * *

Всю следующую неделю Франки-Штейн стоял на рейде возле острова нассийцев. Тому было две причины.