Чип Блейза. За стеной

Звук шагов все усиливался, пока не превратился в настоящий марш. И, наконец, на трап вышли, слаженно шагая, два десятка… хм… прямоходящих медведей в доспехах?!

Да, определенно, это именно медведи. Крупнее люмпусов. Вооружены кто молотами, кто палицами, а кто посохами. Все облачены в золотистую броню… Но! Удивили больше всего рога инопланетян! Расположенные над ушами, похожие на бизоньи, по которым то и дело проскальзывали темно-синие змейки-молнии. Точно такие же энергетические всполохи украшали и оружие пришельцев.

Глядя на волчар, как на расшалившихся хулиганов, медведи выстроились в две линии по краям площадки. Повернулись мордами в центр, ожидая чего-то.

– Бьёргусы здесь… – прошептал один из наших фиолетоволицых. – Индисисис знает, что здесь делают сильнейшие гвардейцы Межгалактической Защитной Унии?

– Индисисис знает, – не глядя на подчиненного, ответил Бета-плюс.

Хотелось и мне знать, но хоть немного попытать своего соратника я не успел. Вновь раздались шаги, и в проеме показались пять фигур.

Бьёргусы покорно склонили головы, когда на площадку ступила синекожая дама в черно-белом костюме с короткими клинками за поясом. Ее волосы казались очень странными. Будто вовсе не волосы, а застывшие оранжевые щупальца.

За инопланетянкой ползли, переваливаясь с одной конечности на другую, фиолетовые создания. Ни рук, ни ног, ни головы – только пять одинаковых, похожих на червей, толстых щупалец, растущих из единой сердцевины. У одного пять, у другого – семь.

Замыкала шествие трехметровая восьминожка. Шла она то на четырех, то на шести конечностях, не используя верхнюю пару. Тело существа состояло из подвижных звеньев, сзади завершалось раздвоенным острым хвостом, сверху перетекало в круглую голову, похожую на рожу Волан-де-Морта.

Построение этой фантастической четверки представляло собой почти идеальный ромб, в центре которого спокойно шагало высокое (метра три с половиной) сухощавое дерево цвета вишни. Из-под его длинной белой мантии с алым подбоем выглядывали три ноги, «стопы» которых напоминали значок «мерседеса», и их «носки» глядели в совершенно разные стороны.

Что, впрочем, не доставляло энту никаких трудностей – он очень ловко ими перебирал и совершенно не сбивался с ритма.

Завершала образ дерева голова создания – сучок-нос, два гнездышка, в которых бегали глаза-шишки, и куст вместо волос. В прямом смысле слова – дикое афро из сухих веточек венчало важного гостя.