Аномальный Наследник. Князь и Канцлер

* * *

Дни неумолимо сменялись днями, а недели неделями. Живот Сони, к нашей большой радости, всё рос. Как и её грудь – но это бонус только для меня. А вот лицо, или, например, ноги Сони не отекали и не оплывали. Этим она вызывала зависть и восхищение тёти Мари.

Мы с Соней были заняты разнообразными административными делами и деловыми встречами то в Енисейском княжестве, то в Москве. А ещё за четыре месяца я трижды летал в Швецию. Там было всё стабильно – относительно небольшие контингенты российских и немецких княжеств плюс собственная армия Северного королевства примерно с февраля медленно, но верно стали теснить британцев, постепенно освобождая от оккупации всё больше и больше территорий.

Что же касается моих виртуальных полей сражений, то и там тоже всё более-менее нормализовалось. По крайней мере, таких острых баталий, как в декабре в «Триединстве» уже нет. Но «наши» обозреватели находят спорные темы не только во внешней политике, но и во внутренней. А наши эсбэшники редактируют их сценарии, чтобы случайно не перейти черту.

Обозреватели Канцлера отвечают зеркально. В общем, бодаются бравые интернет-воины друг с другом, стирая пальцы о клавиатуры.

А фактически в интернет-пространстве паритет.

В экономической сфере тоже достигнуто хрупкое равновесие. Умышленно задавить нас Канцлер не пытается, но некоторые имперские аристократы, будто желая выслужиться или хотя бы не замараться связями с нами, игнорируют наших вассалов. Но на свободные места приходят другие аристократы.

В общем, как я и предполагал, в начале года ситуация для княжества Енисейского складывалась вполне благоприятная. У нас была возможность и, что самое важное, время продолжать наращивать мощь: экономическую, политическую и военную, чем мы и занимались.

Постепенно приближалась предполагаемая дата родов Сони – четвёртого мая.

Вот только перед этим важным событием нас с Соней ожидало одно важное «рабочее» мероприятие. На тридцатое апреля была назначена свадьба наследного великого княжича Крымского и любимой внучки Канцлера.

Хоть я и говорю «нас», пережить это мероприятие нам предстояло раздельно.

– Да не хмурься ты так, – поглаживая огромный живот, усмехнулась Соня ранним утром тридцатого апреля.

Мы вдвоём стояли в спальне нашего недавно построенного дома в Енисейске. Я только что вышел из гардеробной, был вроде бы готов покинуть комнату, но отчего-то медлил.

В голове роилось мысли.