Листопад, окрашенный кровью

Она резко отлетела в стену, сильно ударившись спиной, словно её кто-то специально толкнул, и продолжала сверлить мёртвое тело своей матери взглядом. Гортанный крик вырвался из груди, когда она зашлась в истерике и, качаясь, выбежала на улицу, совершенно забыв о пронизывающем ветре.

Мелкий дождик холодными каплями капал на её голые руки, а ветер то и дело колыхал подол домашнего платья, когда она босиком добежала до ворот и обессиленно упала на землю, с ужасом развернувшись к выделяющемуся средь чёрных туч яркому дому.

1

Раньше, ещё в юном возрасте, в её жизни совершенно не было жестокости, но в зрелые годы она сама выбрала свой путь, наполнив жизнь насилиями, ограблениями и убийствами. Теперь её серые дни целиком и полностью состояли из лицезрения холодных мёртвых тел, погонь во имя правосудия и обычной офисной рутины в виде бумажной работы.

Каждое утро нового дня было похоже на предыдущие: будильник ровно в шесть, спорт в виде утренней пробежки или силовых упражнений, холодный душ, дорога, кофе и вот, снова работа.

Настоящий день сурка.

Джулия Конорс, пожалуй, самый молодой детектив из всего полицейского департамента Бостона. За её спиной немалое количество раскрытых дел и упрятанных за решётку правонарушителей, ведь правило, установленное ею ещё при обучении в академии, никогда не было нарушено. Даже когда она оказывалась в тупике, и казалось, что всё кончено, то продолжала биться и добиваться справедливости во имя тех, чья жизнь оборвалась слишком рано.

В этот раз очередное тихое молчаливое утро нарушил телефонный звонок из участка, свидетельствующий о том, что мир покинули очередные живые души, и сделали они это далеко не по собственной воле, раз звонок пришёлся именно на её мобильный.

– Конорс, – серьёзно и холодно произнесла она, прижав телефон к уху, попутно продолжая застёгивать пуговицы белой рубашки. – Я поняла, скоро буду.

Даже не глянув на экран, Джулия откинула мобильник на кровать и вновь развернулась к зеркалу.

Русые волосы лёгкими кудрями спадали на плечи и спину, карие глаза были идеально подведены ровными угольно-чёрными стрелками, а на губах было лишь немного розовой помады. Этим пусть и далеко не вычурным макияжем она не давала совершенно никаких шансов своей природной бледности, мастерски скрывая её за несколькими предметами косметики.

Белая рубашка, чёрные классические брюки и высокий каблук, без которого она не проводила и дня в полицейском участке.