Марианна – угроза информационной безопасности

Надо поторопиться и передать через секретаря вдогонку свою записку.

Карабас-Барабас лишился всего четверти своей квартальной премии. Всего один раз в этом году. Я же в лучшем случае не получу ни квартальный, ни годовой бонус перед Новым годом, а в худшем – уволят по статье. Да уж, урожай всегда превосходит семечко.

Ещё раз внимательно посмотрела на приложенные доказательства. И тут меня осенило. Даже обрадовалась. Нарушения зафиксировали, когда я фактически отсутствовала на рабочем месте. То злосчастное липовое совещание в Ассоциации.

– Это работник Службы техподдержки пользователей. Я в то утро была на встрече, а компьютер – на ремонте. Мстит мне или думал, что так можно беспалевно полакомиться «клубничкой».

– Ну, всё, бегите. А то, чувствую ещё пару минут – и запахнет паленой резиной, так буксуете от нетерпения, – отпустила меня Вячеслава.

Поездка на лифте казалась бесконечной, постоянно кто-то заходил и выходил. Об авторитете и влиятельности HR-департамента можно судить по его дислокации в офисе: чем выше этаж и ближе к топ-менеджменту – тем больше прислушиваются к «кадровикам».

Как же мне повезло, что Председатель Правления сегодня в командировке. Сейчас быстренько попрошу Лапшина распечатать то письмо с приглашением на рабочую встречу в Ассоциацию, выгружу отчет по всем входам и выходам, зафиксированным системой контроля доступа по моему магнитному пропуску.

Подлетела к рабочему столу начальника. Он разговаривал по рабочему телефону, но я не собиралась отходить. Нога непроизвольно постукивала по полу. Лапшин удивленно задрал брови, одними губами спрашивая: «Что?» Лишь закатила глаза, показывая, что всё отвратительно. Когда он наконец-то положил трубку, я буквально забежала за его спину. Меня разрывало изнутри.

– Срочно нужно то письмо от Ассоциации.

– Да что стряслось, Марианна? – видимо, я выглядела малость сумасшедшей.

– Этот гад накатал на меня жалобу, – наклонилась к уху Кощеюшки и шепнула, в чем меня обвиняли. Девочки в кабинете резко притихли, навострив ушки.

Он хохотнул, а потом лукаво спросил:

– Это правда?

«А ты правда балбес?» – хотелось спросить, но вместо этого выразительно и гневно округлила глаза.