Девушка с медовыми глазами

Лика

Захожу в класс и теряю дар речи, торможу у первого же стола, как перед рекой без моста. Что он делает за моей партой?

– Это моё место! – говорю чуть резче и громче, чем хотелось бы. Всё из-за волнения.

– Я по тебе тоже скучал. – Подмигивает мне Тим и ложится спиной сразу на два стула.

Что за дерзость? Оборачиваюсь. Соню нигде не вижу.

– Ой, поменяюсь с кем-нибудь местами, – отмахиваюсь, решая не воевать из-за пустяков, как в первом классе. Сейчас он мне ещё ответит: «Ты же не купила его».

– Нет необходимости. Через пять минут жду тебя в столовой, – он всё ещё лежит на стульях, потягивается.

– Место за моей партой не продаётся за пирожки. Или тебе списать надо, и ты решил расплатиться едой? – Слова будто застревают в горле, а ещё ведь все в классе прислушиваются к импровизированному спектаклю.

– Нет, дятел, мы сегодня там дежурим. Да же, Эми? – Тим ловко вскакивает на ноги и вот уже прямо передо мной.

Вот подстава. У книжных девушек остроумные, колкие ответы всегда вовремя, я даже выписывала самые удачные из них в блокнот, но сама так и не научилась играть в словесный бадминтон, «воланчик» почти всегда приземляется на моей стороне. Ничего из сказанного ими сейчас не подходит. А Тим уже скрылся за дверью, пока я собиралась с мыслями.

Чувствую, что будет неловко с ним в столовой.

С другой стороны, об этом ведь расскажут тому, кого каждый день мечтаю увидеть на школьном крыльце? Уверена, что если не Эми, так кто-то из пацанов ляпнет обо мне и Тиме.

Плетусь в столовую, мысли проносятся со скоростью Шанхайского поезда. Что, что говорить? Как себя вести?

На удивление полдня пролетает легко и незаметно. Посуда нас ждала не только в жестяных раковинах, но даже в ванне, а гигантская столовская мясорубка больше напоминала пулемёт.

Тим другой без посторонних. Живой и настоящий. И даже не заигрывает со мной. Никаких идиотских выходок. Расслабилась, нахохоталась до болей в животе.

Ощущение, что говорю с подружкой, только это мальчик. Тим рассказывает про своего пса Рича, прежнюю школу, сумасшедших старших братьев. Мне не понять их отношений. В нашей семье я старший ребёнок. А он младший, наверное, всеобщий любимец.