Месть амазонки

Поначалу на вошедшего не обратили внимания, но постепенно все разглядели необычного пришельца, и разговоры стихли. Осмотревшись, воин выбрал свободный стол и не спеша уселся, жестом подозвав служанку.

– Мяса и вина, – приказал он, бросив на стол серебреную монету.

Ловко поймав деньги, служанка кокетливо вильнула бедром и метнулась на кухню. Через несколько минут она уже шла обратно, неся в руках кувшин и блюдо с мясом. Аккуратно поставив всё на стол, она нагнулась к молчаливому гиганту, и, мило улыбаясь, спросила:

– Что-нибудь ещё, красавчик?

– Пока нет, – отрицательно мотнул он головой и принялся за еду.

Обескураженная девушка отошла в сторону, поджав от обиды губы. У неё не было недостатка в поклонниках, а этот дикарь даже не взглянул на неё. Хотя, если присмотреться, было заметно, что он проделал нелёгкий путь. Оружие и одежда в дорожной пыли, а безрукавка заскорузла на спине от пота. Подумав, она тряхнула головой. До вечера далеко, а там кто знает? Она выглядела намного привлекательнее местных потасканных девиц и была не столь доступна, как они.

Не обращая внимания на остальных, воин принялся за еду. Огромная, хорошо прожаренная бычья ляжка была достаточно аппетитной, и он недолго думая вонзил зубы в мясо. Запивая пряное жаркое потоками холодного терпкого вина, он покончил с едой и, вылив в оловянную кружку остатки из кувшина, с громким стуком поставил его на стол. Словно из воздуха, рядом с ним появилась служанка.

– Вина, – коротко бросил он. – Только найди что-нибудь побольше этого напёрстка, – небрежно указал он на кувшин.

Точно такие же кувшины стояли и на остальных столах. Услышав слова воина, белобрысые звероподобные наёмники грозно зашевелились.

– Чем тебе не нравится кувшин? – спросил один из них с гортанным акцентом.

– Маловат, – коротко бросил гигант.

Служанка исчезла на кухне. Спустя несколько минут двое слуг вынесли почти ведёрный кувшин, которым поднимали вино из подвала. Водрузив его на стол, они хитро переглянулись.

– Вот это другое дело, – пророкотал гигант и, подхватив кувшин одной рукой, поднёс его к губам.

Припав губами к сосуду, он пил медленно, словно смакуя напиток, но кувшин неуклонно поднимался, переливая содержимое в бездонную утробу воина. Остановившись на половине, воин отставил кувшин и, утерев ладонью подбородок, глубоко вздохнул:

– Вот это дело. Теперь можно не спешить.