Моё море. Самуи

Вдалеке увидела кушетки для массажа, уговорила маму пойти туда – и вот мы уже лежим в тени пальм в умелых руках тайских женщин, которые продавливают каждый зажим в теле, каждую точку, что не отпускает. Я почти уснула во время массажа, и наконец расслабилась и начала отдыхать, а не перебирать мысли, что-то планировать, оценивать. Я почувствовала свое тело… До этого долгое время я его будто не ощущала, будто оно было не мое вовсе – просто оболочка, которая выполняет функции отдельно от моего уставшего сознания.

После массажа сильно захотелось есть – в кафе, что стояло прямо на песке, мы заказали рис с морепродуктами и ананасовый шейк.

Солнце уже начинало садиться, когда мы завершили с ужином. Сначала хотели было пройтись вдоль берега и встретить закат, но его мы пропустили – на Чавенге, как оказалось, не видно захода солнца: оно заходит с другой стороны острова.

– Что ж, не беда, как-нибудь съездим полюбоваться на закат, – заметила мама.

Мне сильно хотелось спать, но было еще около шести вечера, и чтобы восстановить режим, необходимо было дотерпеть хотя бы пару часов до сна.

Вернувшись в наше маленькое бунгало, мы раскладывали вещи, наслаждались неспешным вечером, по очереди приняли душ – как круто, в нашу душевую в открытое окно заглядывали огромные листья тропических растений, вот это единение с природой! Потом просто провалялись час на кроватях за разговорами – боже, как же беззаботно и прекрасно…

– Спасибо тебе, Элли, что вытащила меня в эту поездку.

– А я говорила тебе, мам! Только увидишь море – сразу поймешь, зачем это все…

– Да, тут и правда сказочно. Тропическая сказка. Прошли твои печали? Уже начал нравится Таиланд или все еще сравниваешь?

– Кажется, начинает нравиться. Я рада, что уговорила тебя. Спасибо, что согласилась.

– Да ты знаешь, что я все переживаю, как там бабушка с дедушкой без нас… А вообще я сразу хотела, конечно.

Мама задумалась. Минуту мы просто молчим и слушаем цикад. Затем она продолжает:

– Знаешь, я всегда хотела быть тебе другом. Бабуля у нас, сама знаешь, деспотичная. И я всегда в детстве побаивалась ее.

– Да уж, – смеюсь я.

– Однажды в твоем возрасте я пообещала себе, что когда стану взрослой и у меня будет дочь – а я не сомневалась, что будет именно дочь, – я буду для нее другом.

Так и случилось.