Меч без рукояти

Ничего себе надолго, подумал Кенет, провожая молодых к их брачному ложу. От недавнего смятения он чуть было не позабыл повесить оберег над дверью, закрыв ее за собой снаружи, но Аритэйни была наготове и подала ему заранее приготовленный для этой цели амулет.

– Ну, теперь все, – вполголоса произнес Кенет, спускаясь по ступенькам в сад.

– Теперь все только начинается, – возразил Хэсситай. – Насколько я помню, обычай велит ближайшим друзьям караулить у дверей дома всю ночь до утра – или нет?

– Ты не ошибаешься, – понуро согласился Кенет.

– Вот и располагайся караулить, – изрек Хэсситай. – Ночь у нас впереди долгая. Посидим, поболтаем, время скоротаем. Заодно ты расскажешь, откуда у тебя взялся меч Аканэ, хотя он тебе его вроде как бы и не дарил.

Нет, но надо же было такого дурака свалять! О чем Кенет только думал, опрометчиво давая Аканэ обещание все рассказать когда Хэсситай стоял рядом и все-все слышал? Ведь говорил же еще Аканэ, что наставник его в воинском ремесле, смастеривший пресловутый меч, был не только воином, но и магом! Как же Кенета угораздило об этом позабыть? Помнить исчезнувшую напрочь реальность он не в силах, тут ему и магия не поможет, – но позабыть о странном несовпадении он не обязан… все-таки маг… Наедине с магом Кенет, пожалуй, и пустился бы в откровенности – но ведь они тут не одни… тут и ученик Хэсситая, высокий улыбчивый Байхин… и Аритэйни, которая знает хоть и многое, но все-таки не все… а главное, тут Акейро и Юкенна, и глаза их искрятся таким любопытством, что сразу видно – от этих двоих Кенет нипочем не сумеет отвязаться.

Они бы тоже забыли обо всем, подобно Аканэ, когда бы не упорный Хэсситай… ну да теперь ничего уже не поделаешь.

– Хорошо, – произнес, помолчав, Кенет. – Только… только вы никому больше не рассказывайте, ладно?

– Ну, раз уж это тайна, – усмехнулся Акейро.

И Кенет, мучительно давясь словами, как можно быстрей стараясь оставить позади тягостную необходимость поведать, кому из присутствующих и каким образом он жизнь спасал и чем все это закончилось, рассказал обещанное.

Окончив рассказ, он стыдился поднять голову и взглянуть в глаза своим друзьям. Хэсситая он в эту минуту почти ненавидел: ведь именно из-за него Кенету пришлось рассказать то, что неминуемо должно представиться им пустым хвастовством и небылицей.

– Так оно и было, – произнес после долгого молчания Акейро голосом чуть надтреснутым, как в той, прежней, жизни.