Ларе-и-т’аэ

Вся, целиком, до последнего розового лепестка. И без законного наследника престола, разумеется. Без Кинейра. Без младшего брата Шеррин. Стоит только Шеррин согласиться на этот жуткий брак – и Кинейру не жить. Отравят его или зарежут… что уж нибудь Иргитер для малыша измыслит. А потом по праву венчанного мужа принцессы он заполучит трон Адейны, сделает ее частью Риэрна, и уж тогда… Как, ну как объяснить проклинающим строптивую принцессу жителям Адейны, что вот тогда-то и начнется самое страшное?

Но если Иргитер сам, по своей воле откажется от Шеррин… если решит, что такая невероятная уродина – слишком уж тяжелый довесок к благодатной Адейне…

– Платье не годится, – покачала головой Шеррин.

– А ты примерь, – захихикала Сана.

Напялив платье, Шеррин едва сдержала радостный вопль. Прабабушка была выше принцессы почти на целую голову, чуть уже в груди и чуть шире в талии. Для того, чтобы платье сидело на Шеррин хоть сколько-нибудь прилично, его надо раскрыть в талии и полностью перешить.

Безбровое, по всей очевидимости, лысое коротконогое чучело в бархатном подойнике торчком… а отрезанную от платья кайму надо пустить по груди – рюшечками! Или нет, по плечам – чтобы были узкими и кривыми.

– Вот сюда и сюда надо другой цвет вывести, – ткнула пальцем Сана. – Сразу кривобокая станешь.

Шеррин счастливо улыбнулась и поцеловала няньку в покрытый сеточкой морщин увядший висок.

– Что бы я без тебя только делала!

– Детка… – Сана вновь обняла воспитанницу за плечи.

– Нет, – решительно возразила Шеррин. – Если оставить отца наедине с Иргитером, он не устоит. Он привезет мне из Найлисса мой брачный договор. Может, даже обвенчает меня заочно. А меня тем временем риэрнские наемники похитят и привезут Иргитеру, перевязав цветной ленточкой. Думаешь, мне охота перед всеми королями чучело изображать? Выхода у меня нет.

– А если тебя оставить с Иргитером наедине? – вздохнула старуха. – Боюсь я за тебя.

– Не бойся. – Шеррин накрыла ее левую руку с узловатыми пальцами своей изящной ладонью. – Я ни на шаг не отойду от Эвелля. Уж он-то с таким эскортом поедет… нет, при короле Юльма мне бояться нечего. А уж потом – тем более. На глазах у всех Иргитер ничего не предпримет.