Зачарованный дом

 – Целая детективная история, скажу я вам, тем интереснее её будет распутывать!

– Вы думаете, они – предки Демьянова? – перебирал ногами от нетерпения старик Емельянов, когда ему объяснили суть обсуждаемого вопроса.

Ведун не спешил с ответом, поскольку хорошо знал психологические тонкости подобных дел.

Он взял с тарелки еще одно шоколадное пирожное и неторопливо отправил его в рот.

– Славное время, девятнадцатый век! – вопил старик Емельянов, делая забег по кухне. – Сколько всего наколбасили богатеи, так что мы в двадцать первом не знаем, как разобраться с их безобразием!

Велес наклонил голову.

– Позвольте, было семьдесят лет атеизма, – напомнил он, – люди попросту не верили в призраков и все происки привидений приписывали своим психическим расстройствам, галлюцинациям!

– До недавнего времени, и я считал себя атеистом, был недоверчив и груб с искателями мистических миров, – вздохнул Владимир Алексеевич.

Ведун с интересом посмотрел на него.

– Мне всегда хотелось спросить у таких, как вы? А, что же, после смерти?

– Ничего, так я считал!

– Зароют, и все на этом закончится? – развеселился Велес.

Владимир Алексеевич грустно кивнул.

– Но все же, – остановился посреди кухни старик Емельянов, – она – Демьянова или нет?

Указал он на Арину.

– Это мы и будем выяснять, но завтра!

Широко зевнул старичок.

13

Арина заняла отцовскую комнату. Отец улегся на диване, в гостиной. Быстро выпив необходимые для лечения сердца витамины, она забралась под одеяло и, уставившись в окно, прикрытое лишь прозрачной тюлевой занавеской, медитируя на полную белую Луну, сияющую на темном небосклоне, глубоко задумалась.

Постепенно, взор ее приобрел бессмысленное выражение свойственное сонным людям, глаза сомкнулись, и она увидела сон.

Вот перед ней: белая стена зачарованного дома с широким крыльцом и изящными перилами. Окна освещены, из-за двойных рам с чистыми стеклами доносятся веселые голоса.

Привстав на цыпочки, Арина увидела гостиную, где в бальных платьях, с шикарными прическами расхаживали молодые женщины. И Митя, ее Митя кружился в танце с невероятной красавицей такой, что в сердце Арины поднялась и тяжело заворочалась ревность.

Красавица, как почувствовала, на миг, остановившись, в упор посмотрела на Арину, стоявшую за окном, во дворе. Невозможно было понять, о чем она думает.

Арина чувствовала, как бешено, колотится сердце.