Назад, в жизнь

Соприкоснувшись с горячим, девушка инстинктивно отдернула руку, и лицо ее озарилось счастливой улыбкой. Очень осторожно и бережно она взяла стакан, обняв его ладонями как нечто драгоценное, поднесла ко рту, тронула губами окутанный прозрачным паром напиток и бросила виновато-тревожный взгляд на Тиграна, словно опасаясь выдать себя и свою тайну. И наконец, не заботясь уже ни о чем, стала жадно пить.

– До чего ж хорошо. С ума сойти можно, – промурлыкала она в паузе между глотками.

Тигран, не моргая, смотрел на нее.

– Назовите хотя бы свое имя, моя таинственная незнакомка.

– Ах, на что вам мое имя. Оно давно утратило смысл.

– Уж не сбежали ли вы из дома, глупая девочка?

– Сбежала?.. Из дома?.. – Незнакомка задумалась, взгрустнула и уклончиво ответила: – Пожалуй. В некотором роде…

– Ну хорошо, ваша личная жизнь меня, естественно, не касается. Но должен же я как-то обращаться к вам, раз уж вы у меня в гостях.

– Зовите меня… Одиль.

– Придумала на ходу! – Уличив ее в несерьезности, он мгновенно перешел на «ты».

– Мне с детства нравилось это имя. А тебя… – Она последовала его примеру с возмутительной легкостью и непосредственностью: – Тебя я буду называть Фауст.

– Однако… – озадаченно пробормотал он, начиная жалеть, что столь опрометчиво привел неизвестно кого в свой дом. – Послушай!..

– Одиль, – услужливо подсказала она, делая вид, что не замечает агрессивности в его тоне.

– Ладно, пусть будет Одиль. Какая мне, в сущности, разница. Ты разыгрываешь меня, да? Кто ты? Что ты от меня хочешь? Отвечай!

– Опять за свое! – расстроилась девушка. – По-моему ты сам во всем прекрасно разобрался. За такой короткий срок я побывала в твоих глазах стажеркой, секретаршей, чудачкой, мечтательницей, шпионкой, агентом иностранной разведки и наводчицей. Выбери уж что-нибудь одно, а я под этим подпишусь.

Неожиданно для самого себя он расхохотался.

– И впрямь получилось многовато для одного, такого юного существа. Не сердись.

Девушка в ответ озарилась вся изнутри:

– А я и не думаю сердиться. Ну а что я хочу, я сказала сразу же, еще в сквере – показать тебе наилучший вариант решения твоего проекта. Но для этого мне нужны карандаш и бумага! Не могу же я объяснять на пальцах.

Он никак не мог определиться, злиться ему или забавляться.