Папирус

Для наведения порядка на освобождённой от гиксосов территории и создания верных Камосу администрации и военных гарнизонов, здесь был оставлен Плат со своими новыми многочисленными, но относительно небольшими отрядами.

Его возвращение в Фивы планировалось позднее.

Используя постоянно дующий с севера ветер, в южном направлении, вверх по Нилу, против его течения, направились лодки под парусами, увозя с собой часть трофеев и некоторых из раненых.

Основные войска во главе с царём-победителем Камосом направились маршем на юг теперь по левому берегу Нила.

По пути домой в некоторых других населённых пунктах Камос размещал или создавал вновь сформированные гарнизоны из верных ему воинов, назначал военачальников и администрацию.

При триумфальном возвращении в столицу Египта Фивы царя Камоса и его воинов ждала торжественная встреча ликующего народа.

Он сам поведал своим подданным о подвигах его войска и лично воеводы Плата, отметив его решающий вклад в победу над гиксосами в свершившихся сражениях в дельте Нила и под Аварисом.

Через несколько недель в Фивы прибыл и Плат со своим уже ставшим небольшим и изрядно уставшим отрядом.

Всем населением столицы, во главе с самим царём Камосом, им также была устроена торжественная встреча.

Некоторые визири и жрецы с плохо скрываемой завистью смотрели на победителя гиксосов – визиря-воеводу Плата.

Такое в истории бывало часто.

Стоило кому-либо за счёт своих личных качеств, характера, трудолюбия, таланта и героизма стать национальным героем, как его тут же окружали толпы поклонников, и тени завистников.

И, зачастую, трудно было сразу понять, кто есть кто.

Камос и его воевода Плат покрыли себя славой на многие последующие годы, дав своему народу надежду на скорое и полное освобождение страны от гиксосов.

И Камос сполна отплатил своему верному воеводе.

Он наделил Плата большими полномочиями, сделав его первым своим визирем, а также дополнительными земельными наделами в долине Нила севернее Фив, этого второго, после Мемфиса, крупного культурного, религиозного и государственного комплекса страны.

Впоследствии Плату ещё больше удалось поднять свой авторитет не только перед владыкой Египта, про которого его брат, Амелек, писал: «Он Бог, простирающий свою власть над всем сущим, отец и мать всех людей, один во всём и нет ему равных!» – но и перед придворной знатью, став в итоге главным распределителем государственных служащих страны, верховным сановником.