Маги Гипербореи

Василевс был обязан консультироваться с Советом министров, членов которого выдвигала Коллегия наставников. Этот институт смягчал деспотичные наклонности владыки, но совершенно не решал проблему царившего между уровнями неравенства. Именно по этой причине в свое время учредили должность министра усреднения. Этот пост зачастую занимали не слишком влиятельные люди, ибо какой могущественный маг станет заниматься судьбой низших уровней?

Василевс уселся на трон, и толпа понемногу начала успокаиваться. Все ждали, что монарх взмахнет рукой, тем самым объявив начало скачек.

Служанка, вдоволь наслушавшись медоточивых речей Триериоса, наконец ускользнула прочь, и министр колоний снова обратил свой взор на Ластианакса.

– Я мог бы оказать вам поддержку, – заявил он, – но и вы взамен должны мне помочь…

Ластианакс выпрямился и насторожился. Что же потребует у него Триериос? Подделывать документы? Разрешить торговлю спиртными напитками на четвертом уровне? Подкупить какого-нибудь судью?

– Я вас слушаю.

– В общем, – начал Триериос, – только что я видел, как вы беседовали с одной девушкой, стоя там, внизу… Пирра, не так ли? Мне бы хотелось знать…

Он наклонился к Ластианаксу и в деталях изложил свою просьбу, потом снова выпрямился и спросил с надеждой:

– Итак, вы согласны? Если пообещаете мне это, я отдам свой голос за вас.

Глаза у толстяка блестели.

Ластианакс посмотрел на Пирру, сидевшую в нескольких шагах от василевса. Она демонстрировала полное равнодушие к завистливым взглядам пожилых магов-женоненавистников, которые не удостоились чести попасть в главную ложу.

Юноша ждал какого-то сложного поручения, чего-то, что позволит с пользой применить его интеллект и политическое чутье… Однако поставленная задача привела его в ужас.

– Я об этом позабочусь.

Пожалуй, пост министра усреднения стоит того, хотя молодой человек вдруг понял, что предпочел бы подкупить судью, чем выполнить просьбу Триериоса.

На краю крепостного вала глашатай снова выступил вперед и начал объявлять клички лошадей, принимающих участие в соревновании.

Ластианакс выбросил из головы нерешительность и внутренний протест из-за сделки с Триериосом и сосредоточился на скачках.

– АДАМАНТ!

С первого этажа грянули такие оглушительные аплодисменты, что, казалось, содрогнулся купол.

– ДИАГОС!

Всадник Диагоса, одетый в желтую куртку, поднял хлыст, приветствуя второй уровень.

– ТОКСАРИС!

– Ха, это моя лошадь! – сказал Триериос и тоже захлопал в ладоши.