Маги Гипербореи

Звезды наконец услышали его, послав подходящую конягу, так что, пожалуй, не стоит привередничать относительно наездницы. В самом худшем случае ее конь закончит гонку один.

– Холофо. Я тебя нанимаю и отдам дефятую чафть выиглыфа.

Видя, что нахалка снова готова спорить, он добавил:

– Это не обсуфдается! От этой суммы я не отфтуплю, а ты не найдефь ни одного тленела, котолый бы согласился выделить тебе больфий плоцент.

Девочка насупилась, яростно накрутила на палец прядь волос и принялась вполголоса подсчитывать.

– Согласна, если вы меня накормите и до начала скачек предоставите мне жилье, – сказала она в конце концов.

– Мы с женой об этом позаботимфя. Это фсе?

– Нет. Еще я хочу чистую одежду и обувь. И мыло.

Она начала рассказывать что-то про бочку с тухлой рыбой. Тренер вскинул руку, прерывая захватывающий рассказ:

– Договолились?

– Договорились, – ответила девчонка, ударяя по подставленной ладони.

Довольно щурясь, она оглядела погрузившиеся в темноту конюшни.

– Итак, у вас найдется стойло для Карапуза?

– Калапуф? Его так зофут? – повторил ошеломленный Лофадь.

– Ну да, – ответила пигалица, как будто это нечто само собой разумеющееся.

Лофадя охватило отчаяние, он представил реакцию зрителей, когда глашатай станет объявлять имена участников перед началом состязания. Определенно, у звезд очень извращенное чувство юмора.

– Потому что он маленький, – уточнила девочка.

– Фпафибо, я понял. Ну а ты, как тефя зофут?

– Арка, – ответила она и широко улыбнулась.

3. Состязание василевса

Ластианакс

Ластианакс поднялся по лестнице крепостной стены, и расстеленная на каменных ступенях ковровая дорожка поглотила звук его шагов. Справа взору юноши открывалась беговая дорожка. Никогда еще во время Состязания василевса у Ластианакса не было такой хорошей точки обзора. Впервые в жизни он будет наблюдать за скачками с трибун. Перед ним возвышался лес башен, отделенный от земляных валов широкой полосой незастроенной земли, опоясывающей город.

Высота зданий повторяла изгиб купола и нарастала тем больше, чем ближе к центру они находились; роскошные в своей архитектуре вершины башен седьмого уровня имели от одного до пяти этажей. На стенах внешних башен цвели залитые солнечным светом растения вертикальных садов. Здания каждого уровня были окружены платформами, а те соединялись между собой тротуарами и каналами, позволяя жителям добираться до своих жилищ пешком или на черепахах.