Пандемия любви

А почему у вас нет детей, Лена? – неожиданно спросил он.

От испуга она сделала большой глоток коньяка и закашлялась. Он тут же пододвинул ей тарелочку с лимоном. Она разжевала ломтик и снова закашлялась.

– Какая-то специальная история? – хмуро спросил он.

– Да нет… – Она наконец овладела собой. – Ничего специального. Просто муж не хотел. Говорил: ещё рано, надо встать на ноги. За четыре года я так и не поняла, о каких ногах шла речь. Ну вот… а когда это всё-таки случилось… в общем… он не захотел.

– Вы что, сделали аборт? – выпрямился Коновалов.

– Нет, что вы… – пробормотала она, – я бы никогда… просто муж настаивал на этом, убеждал, возмущался, в общем, постоянно мотал мне нервы, а потом мы поехали за город, и я очень неудачно упала, короче… так уж случилось. А сама бы я никогда. Я даже решила: если что – перееду к маме.

– Ясно, – произнёс он и достал новую сигарету. – Что ж, знакомая история.

– В каком смысле? – не поняла Лена.

– Моя бывшая жена была моделью, – сказал он жёстко. – Этим всё сказано. Она дорожила фигурой. Говорила: это мой рабочий инструмент. Так что она была не в восторге от идеи с ребёнком. Да и надо сказать, что при её образе жизни ребёнок рос бы сиротой… или мне пришлось бы бросить работу.

Он нахмурился, и на лбу залегла глубокая складка, поэтому Лена решила, что это больная тема, и углубляться в неё не стоит, но потом всё-таки спросила:

– А вы, значит, хотели ребёнка?

– Конечно, хотел.

– Так что же вам мешает снова жениться? – удивилась Лена и потупилась, решив, что лезет не в своё дело.

– Да меня, знаете ли, с некоторых пор от этого укачивает, – усмехнулся он, мотнув лохматой головой. – К тому же я теперь разборчивая невеста.

Смеяться было неудобно. Тем более, что он был абсолютно серьёзен.

– Наверное, она была красивая, – сказала Лена, чтобы что-нибудь сказать, и тут же представила себе совершенное создание модельной внешности, которое должно было идеально смотреться на фоне его мужественной красоты. И эта картинка почему-то не доставила ей удовольствия.

– Да, – потёр он свой квадратный подбородок. – Она и сейчас красивая. Снаружи. Ей недавно исполнилось тридцать пять. Самый лучший женский возраст. Время осознаний и открытий.