Пандемия любви

С одной стороны, он имел то, о чём многие его ровесники не могли и помыслить – собственную квартиру в элитном доме, нашпигованную разными домашними кинотеатрами и другими дорогими игрушками, машину, горы шмоток и все прочие тридцать три удовольствия. С другой стороны, в процессе становления Вениковой личности ни отец, ни мать участия толком не принимали. Первый – по причине хронической занятости работой, вторая – по причине хронической занятости собой и шофёром-любовником. Вдобавок отец, обладающий сильным, жёстким характером, сверх меры подавлял своё чувствительное, не приспособленное к жизни чадо.

Его общение с сыном происходило в основном по телефону, посредством громогласных армейских команд, большинство из которых Веник, недотёпа и созерцатель по натуре, выполнить был просто не в состоянии.

Смотреть на этого соломенного сироту иной раз было жалко – даже принимая во внимание пачки баксов, которые нередко водились в его карманах. Вот и сейчас он сидел передо мной потерянный, грустный, малокровный, с гигантским нелепым кадыком и гречневой кашей веснушек на лице – ни дать ни взять необогретое, недолюбленное, приютское дитя, случайно разжившееся пятидесятидолларовой майкой.

Чем я могла ему помочь? Ну разве что выслушать да пожалеть от души.

– Может, его ещё восстановить можно? – спросила я после тягостной паузы, имея в виду раскуроченный «мерседес».

– Можно-то можно, но это ж сколько бабла надо! Мне при всём желании столько не заработать.

Тем более, если куда-то устраиваться, так это всё равно через отца.

– А когда он вернётся?

– Обещался завтра, а там – кто его знает. Может, через неделю, а может, и через месяц. У него всегда так. – Веник махнул рукой, потом вдруг вскочил и с места в карьер перешёл на крик. – А я вот сиди всё это время, жди, трясись и мучайся! Нетушки, нашёл дурака! Свалю, да так, что ни одна сволочь не найдёт! Хватит, надоело! Наймусь контрактником, а потом – на Кавказ, в Чечню.

Фиг он туда сунется!

– Веник, детка, какой Кавказ? – попыталась я успокоить непутёвое чадо. – Ну ты ж не Лермонтов, в самом деле! Пойми, в Чечне нет джакузи, нет боулинга, там вообще ничего нет. Одни бандиты да наши менты. Да тебя, такого сладкого, вычислят ещё по дороге в военкомат. А потом с потрохами сдадут первому же чеченцу. Будешь сидеть в яме и оттуда звонить папе, выкуп просить.