Новый век начался с понедельника

А своим присутствием и молчанием не дал возможности выступить другим свои сотрудникам, давно знавшим и уважавшим Надежду Васильевну, возможно, боявшимся нарушить субординацию, и может даже вызвать недовольство своего шефа.

Во! нравы! – подумал тогда Платон.

Вот, где работает гнилая интеллигенция! У нас бы, в НПО, такого просто не допустили бы никогда. Какой же разный морально-психологический и культурный уровень?! Странно очень! – продолжил тогда размышлять он.

У руководства НИИ, правда, хватило разума подойти к родственникам и выразить им своё соболезнование.

После этого оживились и рядовые сотрудники, возлагая цветы к гробу и искренне выражая своё сочувствие.

Но это было уже в прошлом. Теперь была другая ситуация.

Из всех сотрудников лишь один Алексей с полуслова понимал и быстро воспринимал рационализаторские предложения Платона, принимая в их реализации самое деятельное участие, как главный исполнитель этих работ, так как именно ему лично эти предложения сулили максимальную выгоду.

Это, и их объединяющее высшее техническое образование, постепенно сблизило коллег.

В конце декабря в офис явился отец Алексея Валентин Данилович Ляпунов и поздравил всех с наступающим Новым годом.

Платон, имевший свободное время, невольно долго беседовал с ним, открыв для себя интересного, но очень уж увлекающегося своими проблемами человека, явно имеющего налёт гениальности.

Отец и сын Ляпуновы показались Платону необыкновенными, интересными и очень даже симпатичными людьми.

Глава 3. Гений и его сын

Алексей Валентинович и его отец Валентин Данилович Ляпуновы были побочными потомками известного на Руси рода, ведущего своё зримое начало ещё со времён сыновей Петра Ляпунова: Прокопия и Захария.

Первый из них, думский дворянин из старого рязанского боярского рода, поначалу, после смерти Бориса Годунова, перешёл на сторону царевича Лжедмитрия Первого. Затем он, как воевода, возглавил отряд рязанских дворян, примкнувших к восстанию Ивана Ивановича Болотникова.

А вскоре, с января 1611 года, он стал главой земского правительства, но был убит казаками за нарушение обещания дать им волю и жалование.