Новый век начался с понедельника

Не успел Платон сесть на предложный ему стул у стола дознавателя в одном из этих помещений, как одновременно с этим в комнату, имевшую у дальней стены зарешеченный «обезьянник», видимо по обыкновению, для оказания морального воздействия на очередного задержанного, тут же привели квази арестованного, якобы не имевшего с собой паспорта.

Сержант, предъявив удостоверение на Нахапенко Николу Григорьевича, попросил у Платона паспорт, списал его данные в протокол. Тут же он попросил, заглянувшего в дверь коллегу, убрать ненужного теперь арестанта из помещения.

Достав весьма затёртую и замусоленную брошюру с УПК РФ, уже привычно показал очередному нарушителю закона подходящую для него статью. По ней Платону, после судебного разбирательства, грозили или недолгие административные работы, или штраф в 10.000 рублей.

Пожурив солидного пожилого мужчину за нарушение правил проезда в метрополитене, сержант сразу же недвусмысленно сделал упор на то, что суд неизбежен и сейчас суды назначают только штрафы. Платон сразу смекнул, что ему выгоднее и на что намекает блюститель закона:

– «Понимаете? Я конечно виноват! Чёрт меня попутал с этой спешкой! Боялся на работу опоздать! Мне конечно стыдно.

– «Вы можете штраф заплатить здесь!».

– «С удовольствием! А сколько?».

– «Десять тысяч!».

– «Да ну, Вы что? У меня стольких денег никогда не было! Тогда уж пусть… через суд!».

– «А сколько у Вас есть?».

Имея сейчас всего чуть более двух тысяч рублей, и понимая, что его могут в худшем случае и обыскать, Платон, копаясь в кошельке, быстренько сориентировался:

– «Могу дать только пятьсот. Остальные не мои!».

– «Да Вы, что!? За такое нарушение…».

– «Ну, давайте, я потом ещё подвезу!».

Видя кривую гримасу на лице нахального мздоимца, понимая, что хохол москвичу не уступит, тем более коренному, Платон пошёл на попятную:

– «Но у меня здесь всего две тысячи! Больше просто нет! Остальные надо будет где-то занимать!».

Поняв, что с этого пожилого, почти нищего, интеллигентишки больше ничего не сдерёшь, Никола пошёл, якобы, навстречу злостному нарушителю российской капиталистической законности, протягивая к Платону свою, давно привыкшую к ассигнациям, скромно худую ладошку, при этом ещё стыдя и отчитывая провинившегося:

– «Ну, ладно! Что с Вами поделаешь? Давайте две! И больше не нарушайте! В Ваши годы это должно быть стыдно!».