По Праву Дара и Крови. Ледяная королева

А речь, собственно, о двух закрытых заклинанием свинцовых коробочках. Они мне нужны. ОЧЕНЬ. Настолько же сильно, насколько Вам бы могла понадобиться Ваша собственная голова, когда мы с Вами познакомились. Услуга, на мой взгляд, равноценная, не находите?

– Госпожа ведьма ставит меня в несколько затруднительное положение…

– Ничуть! Вы вправе разбираться с вашими э… внутренними проблемами самостоятельно. Личность вора меня не интересует. Единственное, что мне нужно, – это мои артефакты. Верните их мне – и мы в расчете.

Он молчал, меланхолично любуясь сизыми кольцами, что медленно расползались и таяли в пространстве. Потом, наконец, взглянул на гостью.

– Я прошу у вас два дня, госпожа Мия. Коробочки будут в целости и сохранности – слово Амиса.

И он почему-то сник. У меня не было никакого желания с этим разбираться, поэтому я приняла его слово и только уточнила:

– Я могу не волноваться, что они попадут в другие руки? Заклинание взломать практически невозможно, но я все равно беспокоюсь.

– Не беспокойтесь. Два дня.

Загадочные молчуны возникли в дверях, как по волшебству, словно подслушивали. Они проводили меня обратно в карету и доставили точно к порогу дома, после чего экипаж быстро и практически бесшумно растворился в ночной темноте.

Я вернулась в комнату и устало опустилась в кресло. Небо уже подернулось предрассветным маревом, а сна ни в одном глазу. А все потому, что изнутри грызло назойливое беспокойство… И еще – одиночество.

Раньше я разделила бы эти метания с Дасмой, но у нее теперь своя семейная жизнь. Я навещала их раза два в неделю – навязываться чаще было неудобно. И я все равно чувствовала себя покинутой всеми и никому не нужной…

На следующий же день после того, как я получила звание боевого мага и в присутствии всех на Северном Дворе Трехглавого Замка мне торжественно вручили синюю мантию, ушел Дайон… совсем…в точности, как обещал… и никто не мог сказать, куда именно он ушел, когда вернется, вернется ли вообще… Даже Лиса растерянно разводила руками…

А я так привыкла к нему – незримому, как незаметная тень, но надежному, как каменная стена… язвительному и сумасшедше-отчаянному… великому магу и другу, который, порой, лучше меня самой знал, что для меня лучше, а что нет.

А он вдруг взял и ушел.