Детство

Раньше, во время войны, после смерти в 1944 году отца – Сергея Ивановича – в школу к ней неожиданно пришёл уполномоченный местного отдела НКВД СССР и предложил ей продолжить дело отца, в общем, став осведомителем. Алевтине очень не хотелось быть стукачом, но патриотический, партийный и дочерний долг взывали к сотрудничеству с органами НКВД. И вот теперь этот хвост потянулся за нею в Москву. Её просто передали по инстанциям из рук в руки.

И она снова была вынуждена согласиться.

Тем более, что «стучать» было не на кого – она ещё никого не знала, а учителя в школах тем более в московских, как правило, были людьми проверенными.

Мужу же она об этом сообщила только сейчас, когда на повестку дня встал вопрос их отъезда за границу.

– «Ну, и хорошо! Теперь нам точно вместе разрешат поехать во Францию! И я теперь спокоен буду, что моя жена тоже при деле…» – успокоил её Пётр Петрович, немного поёжившись от, пробежавшего по его спине, лёгкого холодка от испуга.

– Ну, надо же! Оказывается, моя жена сотрудничает с НКВД!? Мне в своё время удалось этого избежать, а ей, бедняжке, видимо не удалось! Ну, хорошо хоть, что теперь призналась! – пронеслось в голове у растерявшегося и чуть для защиты подсознательно нахохлившегося Кочета.

И действительно, Алевтине Сергеевне удивительно быстро дали разрешение на выезд за границу.

Теперь супругам предстояло несколько приодеться. К счастью хорошими знакомыми Петра Петровича были супруги Сахаровы, а Екатерина Дмитриевна занимала один из руководящих постов в Общесоюзном Доме моделей одежды на Кузнецком мосту в доме № 14.

Та быстро вошла в суть дела, и уже на следующий день Алевтина и её муж были одеты с иголочки, и даже несколько на западный манер. А чтобы не ставить своего однокурсника в затруднительное материальное положение Екатерина Дмитриевна подарила супругам и некоторые выставочные модели из своей коллекции, прокомментировав это:

– «Петь, я Вам дарю вот эти мои коллекции! И будем считать, что Вы теперь мои представители, модели, в Париже!».

Так что пользоваться специальным ателье для выезжающих за границу мидовских работников, также расположенном на Кузнецком мосту вблизи Дома моделей, им не пришлось.

Перед первой поездкой в Париж Петра Петровича Кочета неожиданно пригласили к высшему руководству МИДа.