Значит, война!

На мне были старые джинсовые шорты и клетчатая рубашка, придающая мне деревенский вид.

Самым поразительным в его внешности были глаза. Они были разного цвета. Один был темно-зеленый с ореховой крапинкой, а второй ярко-голубой – пронзительный.

Я не знала итальянского и поэтому просто глухо выдавила из себя на английском:

– Добрый день!

Мужчины внимательно рассматривали меня, как будто я была товар на продажу. Это заставляло меня покрыться испариной от смущения. Всё тело сводило судорогой от смущения.

– Познакомьтесь, пожалуйста, это моя дочь Лили. Еще раз спасибо, что помогли устроить её в школу. – папа тоже говорил на английском, чтобы я понимала его. Перед переездом я начала изучать итальянский, но он все еще был на отвратительном уровне. – Лиля, поздоровайся, пожалуйста с господином Витторио Луккезе и его сыном Марко.

Коротко киваю, выдавливая из себя слабую улыбку, не решаясь еще раз посмотреть на исполина с разноцветными глазами по имени Марко. У меня дрожь в коленях от одного его имени.

Мар-ко. Два слога, а сколько эффекта. Нельзя девочкам показывать таких парней, девичья сердца могут и разорваться.

Витторио Луккезе что-то сказал папе на итальянском и тот радостно заулыбался. Мне жутко хотелось сбежать из нашего маленького коридора к себе в комнату, где еле вмещались широкие плечи мужчин Луккезе, они смотрелись смешно в своей дорогой одежде на фоне скромных обоев в цветочек.

– Переоденься, пожалуйста, господин Луккезе приглашает нас в ресторан отпраздновать переезд.

 – шепчет мама, подталкивая меня обратно в комнату. Мне не нужно повторять дважды, поэтому я проворно скрываюсь за дверью и закрываюсь на щеколду, чтобы никто случайно не вошел. Быстрее солдата переодеваюсь в белый сарафан и натягиваю балетки.

Почему-то мне до жути хотелось понравиться этому красавчику Марко, который не удостоил меня даже взглядом. Хотелось стать героиней любовной истории, когда русская красавица из провинции приезжает в город любви и покоряет мужское сердце, ломая все стереотипы.

Я чувствовала его присутствие даже через закрытую дверь, из недр квартиру шел жар, заставляющий меня потеть и нервно потирать порозовевшие щеки.

Мы садимся в жёлтое такси и всей семьей едем в центр Рима, чтобы окунуться в итальянскую атмосферу и выпить за новую жизнь. В этот момент, рассматривая старинную архитектуру и брызжа слюной, вскрикивая от восхищения, я не могла и предположить, как перевернется моя жизнь в эту ночь.