Спорим?

– Проходите. – мужчина протянул мне паспорт и разовый пропуск. – Вам на десятый этаж, там на ресепшене подскажут куда дальше.

Теперь у Антона была своя компания и крутой офис в центре. Задрот преуспевал в своём деле, и я была искренне рада за него. Он заслуживал этого как никто другой. Такой молодой и перспективный. В этом году его даже номинировали на самого перспективного айтишника.

– Обнимемся? – пропела я, забегая в светлый кабинет и раскидывая руки в разные стороны. Степан с Антоном стояли напротив меня и не знали, как вести себя.

Для них я была совершенно новым человеком, с которым они не были знакомы. – Ну чего Вы такие, как не родные?

– Вася? – Степан разморозился первым. Обнял меня и прижал к себе. Было непривычно. Раньше мы хлопали друг друга по спине, а теперь он обнимал меня нежно, как-то бережно что ли. – Поверить не могу. Ты куда пропала?

Антона пришлось обнять самой, от него не дождёшься чувств, слишком стеснительный.

– Мама упекла в закрытый пансион для девочек. Еле выбралась оттуда.

 – признаюсь друзьям, нежно разглядывая их бородатые лица. – Я так рада Вас видеть! Слышала, Вы теперь светилы айти, да?

– Ты пропала так неожиданно, ни смс или звонка. – не унимался Антон. – Мы переживали и не знали, что думать. Твой брат сказал, что тебя отправили к дальним родственникам и ты никогда больше не вернёшься, а ты оказывается была в пансионе? Почему не звонила и не писала?

– Тебе же сказали, она была в пансионе для девочек, где из неё, как видишь, успешно сделали женщину.

 – гадкое замечание задело меня в самое сердце. Но боюсь, что говоривший даже не догадывался как сильно попал в точку. Я вбежала в порыве страсти и не заметила высокую фигуру на диване в углу комнаты.

Ярослав закинул ногу на ногу и смотрел на меня как зверь на свою добычу. Выражение лица старшего брата друга не обещало мне ничего хорошего, скорее всего он не забыл вчерашний казус и прощать шалость не собирался. Он всегда был резким, с возрастом эта черта только усугубилась.

– Ярый. – приветствую его и скрещиваю руки перед грудью. Он то должен был знать, куда меня собирались увезти. – Прости, не заметила тебя. Ты так слился с интерьером хорошо, как охранник на проходной.

– Не изменилась совсем. Как была дура, так и осталась. – заключает парень и поднимается на ноги. Мне приходится задрать голову, чтобы смотреть ему в глаза. От чего-то от этого я чувствую себя униженной. Ярослав давит на меня. Он всегда смотрит и видит насквозь.