Окутанные тьмой

– Мистер Брессер, я в порядке, но безмерно благодарна за вашу помощь.

– Мы знакомы? – Прищурившись, спросил он.

От неловкости мои щеки покрылись румянцем, и я поспешно опустила глаза.

– Наслышана. Мое имя Милена Гроссери, господин.

– Не ваша ли сестра вышла замуж за мистера Гарри Кэндона?

– Да, господин.

– Ради всего святого, не называйте меня господином, просто Дрейк!

Ах, Карнелия, должно быть я выглядела, как полная дура! Я грезила о знакомстве с ним, но никогда не думала, что оно случится столь нелепо», – писала Милена и от ее смущения мои губы расплывались в улыбке.

Любопытно было взглянуть, что же представляет из себя старший брат, но увидеться нам с ним было не суждено. Далее в письме, Милена написала, что он прибыл в Корскор всего на пару дней, дабы решить какие-то семейные дела.

Возможно, это касалось младшего брата… не вечно же чудовищу разгуливать на свободе. В прочем, мне не стоит думать об этом.

Я вздрогнула, отрываясь от своих мыслей, когда Клэйтон столкнул на пол вазу с цветами.

– Как давно я приходил в твои покои, женушка?! – Завопил он. И клянусь, я видела, как вторая ваза, до которой он еще не успел добраться, дала трещину. – Задумалась? То-то же! Карнелия, меня прокляли! О горе мне! – Клэйтон схватился за голову и взвыл, словно раненый волк.

– Ах, это поистине ужасно, дорогой мой муж! – Ахнув, я приложила ладони к щекам и слегка надавила на них, боясь, что не смогу сдержать улыбку радости. – Представь, какие слухи поползут, если кто-то узнает, что достопочтенный господин Стоунтбери перестал выполнять заложенные в нем природой мужские функции.

А что будет, если об этом недуге узнает мой отец?

Клэйтон побледнел еще пуще и со стоном опустился в кресло.

– Не смей произносить подобные мерзости вслух! Я здоров и полон сил! Просто… просто устал. Ты же знаешь, какую тяжкую ношу я тащу на своих плечах. Не просто держать себя постоянно в форме, когда твоя жена… – он поморщился, но предпочел не заканчивать мысль.

– Урод? Полно, муженек.

Тебя никогда не смущали изъяны куда больше, чем разного цвета глаза. До моих ушей не так давно долетело, что когда-то ты не побрезговал безногой распутной девкой, в придачу у которой был выбит передний зуб. – Разгладив складку на платье, я невинно захлопала ресницами. – Быть может. У нас с тобой ничего не получается, потому что я не так испорчена, как все они…

– Ты не испорчена? – Стоунтбери усмехнулся так старательно, что издал звук похожий на хрюканье.