Воспитание грубиянки

 – как назло тот, что сидел рядом со мной склонился вплотную, и его отвратительное дыхание вызывало во мне тошноту. Смесь пива с чем-то сладким, напоминающим травку, ударяла в нос. У меня даже закружилась голова.

Я проигнорировала его, продолжая делать вид, что читаю. Хотя сердце стало биться чаще. Заставляла себя дышать размереннее, чтобы не волноваться. Нехорошее предчувствие забиралось под кожу.

Он протянул руку к моей книге, чтобы отобрать ее, но я ловко ударила его по руке, поднимая глаза и делая ошибку. Парень присвистнул, а сглотнула, делая над собой титаническое усилие, чтобы оставаться спокойной.

– Так его. – сказал другой, что сидел напротив, и они все засмеялись. Их забавляла моя реакция. Я снова уткнулась в книгу, прикидывая варианты куда пересесть, нужно было бежать от них, пока эти животные не пристали ко мне.

– Я бы сейчас не отказался оказаться в городе женщин и воспользоваться красотой и безотказностью каждой из них. – парень не унимался, донимая меня. Он сел рядом со мной, придвигаясь в плотную и закидывая руку мне за спину.

Я чувствовала своим телом его. И мне было противно до озноба. До скрежета зубов. Какой-то грязный оборваныш терся о мой плащ, грубо подкатывая. Хотелось прищемить его яйца.

– ага, так бы и дал тебе кто, чмо чумазое. – огрызаюсь я, тыкая в него уголком книги, делая больно и заставляя отодвинуться. Парень растирает место уголка, его, наоборот, это подстегнуло еще больше.

– Какие острые зубки. – усмехается парень, сидящий у края. У него очень хриплый и гортанный голос, от него у меня мурашки пробегают по коже.

Такой голос может быть только у радио ведущего или театрального актера, потрясающая дикция. Мне не удаётся рассмотреть его лицо, потому что парень в чёрных очках и кепке, поверх которых еще толстовка. Он словно скрывается от кого-то. – Умеешь их прятать?

Игнорирую его вопрос. Закрываю книгу, беру свою сумку и собираюсь уйти, но парень не даёт, он преграждает мне путь и отталкивает на место. Я плюхаюсь на пятую точку, отбивая себе копчик и пачкая идеально белые кроссовки Alexander Mcqueen.

Это возмущает меня больше всего.

– Ты чего такая дерзкая. Нормально же сидим, общаемся. Тебя никто не тронул, а ты смотришь на нас как на второсортное сырье. – видимо этот парень самый умный из них. Знает такие словосочетания, как «второсортное сырье».

– А я не общаюсь с био мусором. – чеканю я и встаю еще раз. – Сидите и нормально общайтесь с теми, кто захочет говорить с такими как ВЫ.