Мистер IQ

Стыдно признаться, но мне было приятно оказаться в одежде, подчеркивающей достоинства моей фигуры, и выглядеть впервые в своей жизни презентабельнее Зары. Родители всегда вкладывались в неё, считая, что смогут продать её подороже, надеялись на Софи, потому что она была умная. На меня у них никогда не доходили руки.

Братья были растеряны и не знали, как себя вести с гостем.

Наверное, все ждали, что я скажу какое-то своё мнение, но у меня язык прилип к нёбу и я не успевала за скоростью происходящего.

– Мы договорились, я отдаю Вам дочь, а Вы мне землю. – упрямо повторяет отец, и я закрываю пылающее от стыда лицо дрожащими руками. Папа отдал Когану меня за землю? Убийце дочь?

Конечно, где-то я понимала своего отца. Он ирландец, отец пятерых детей, ему было необходимо думать обо всех своих детях. Если такой ценой он мог обеспечить будущее четверых, нужно было соглашаться, но всё равно, сердцу было невыносимо больно.

Глаза Когана хитро блеснули. Он напоминал Дьявола, соблазняющего жертву на продажу души.

– Я перебил цену Хонхофов, они Вам предлагали всего лишь оплату штрафа, погашения залога за дом… Я оплатил дом, штраф и оставил землю у О’Лири. Договор был такой. – в груди окончательно прострелило и я потеряла связь с разумом. Вскочила на ноги и стала сжимать разжимать кулаки от шока;

– Залог за дом? – повторила я громко.

Папа посмотрел на меня хмуро, мазнул уничтожающе глазами, но мне было всё равно.

– Какая разница, ты же любила своего Альфа. Какая тебе разница, что там хотели его родители. – буркнуло недовольно родитель.

– А Коган? Его я тоже люблю и какая разница, что он там предлагает за меня? – голос срывался, по щекам снова стали течь слёзы. Я ненавидела себя за слабость. – Вы хоть чуточку переживаете, что со мной будет?

– Амелия, прекрати цирк.

Родители себя вели как будто я одна из коров в их стаде и за мной пришёл более щедрый покупатель.

– Иди ко мне. – просит ласково Коган и протягивает руки. Я не знаю, что он задумал, но повинуюсь, как загипнотизированная смотрю на пальцы, что ласкали меня утром. Он прав, теперь я постоянно думаю о них. Великан сажает меня коленку и говорит в самое ухо.