Я не твоя

О сладком.

Я стушевалась, снова чувствуя ненавистный уже румянец. Когда я перестану краснеть перед ним?

– Никогда не думал, что буду ревновать к своему коню.

Его глаза прожигали меня насквозь. Нет, не прожигали – карамелью поливали. Мне нужно было это остановить! Но как?

Помощь пришла неожиданно!

Я почувствовала, как мне в спину ткнулось что-то горячее.

– Осторожно, Зоя, лучше не шевелись, – голос Тамерлана стал тихим, словно он боялся, что конь его услышит. Действительно боялся! – Тамерлан, друг мой, разве можно так обращаться с дамой?

Конь фыркнул прямо мне в затылок.

– Не бойся. – Тамерлан двинулся, стараясь оказаться между мной и жеребцом.

– Я не боюсь, – я правда не боялась. Не боялась коня.

Наши глаза встретились, Тамерлан не улыбался, смотрел так… непонятно, словно думал о чем-то важном.

– Хочешь его погладить?

– Конечно!

– Я помогу, только ты должна довериться мне. И не делать резких движений.

Тамерлан – мужчина – встал рядом, поворачивая меня лицом к стойлу, он почти вплотную прижался к моей спине, взял меня за руку, поднял мою ладонь к морде Тамерлана – коня.

Все-таки весело, что их зовут одинаково!

Морда коня была теплой и очень приятной на ощупь! Бархатной. И у него были очень красивые глаза. Раскосые, большие, вишневые, почти черные.

Тамерлан – жеребец – смотрел на меня вполне дружелюбно.

– Ты ему понравилась.

Я снова смутилась и не знала, что ответить.

– Он мне тоже понравился, – я продолжала гладить его морду. – Ты очень красивый, Тамерлан! Необыкновенный! Просто сказочный! Ты мне очень нравишься! Я хотела бы с тобой дружить!

– Он тоже хочет… дружить.

Мне нельзя было его слушать. Как морякам нельзя было слушать пение сирен. Нужно было что-то придумать, переключить внимание.

– А что это за порода? – мой спутник снова быстро приподнял уголки рта. – Извините, наверное, вы уже рассказывали в машине, да? Я… Я просто плохо спала ночью, конспекты.

Все-таки решилась на ложь и попыталась уйти от опасной темы.

– Тамерлан ахалтекинец. Порода выведена более пяти тысяч лет назад, самая древняя из культурных. Их еще называют туркменскими лошадьми.

Тамерлан-жеребец нетерпеливо подергивал мордой и начал постукивать копытом.

– Он чего-то хочет?

Губы Тамерлана-мужчины в очередной раз дрогнули, изогнувшись в улыбке.