Мы не твои – 2

Наверное… По крайней мере эти сказанные от всего сердца слова оказались парню не нужны.

И я не нужна. Тот самый Воробушек.

Он вычеркнул меня из жизни. Не знаю за что. Я так этого и не поняла. И, наверное, не пойму. Не хочу понимать.

Нет, он сделал все правильно, конечно. Он же сказал тогда – ты просто некрасивая, бедная девочка…

Пока ты была нужна – тобой пользовались. Потом… потом появилась другая. Наверное.

Я ведь застала его с Алисой?

Она стояла в его комнате, обнаженная, улыбающаяся так, словно выиграла первый приз.

Пусть с изъянами, но это так, мелочи. Он ведь в итоге встал на ноги, как и собирался. И прозрел.

Только вот зачем ему нужно было искать некрасивую, бедную девочку и ее малыша?

Бедная девочка сначала очень хотела, чтобы ее нашли.

А потом… потом ей стало не до этого.

Потом она долгое время сама себя не могла найти.

– Надя? Вернемся в номер?

– Да, уже пора, становится прохладно.

Слава несет на руках уставшего Ника, мы вроде были на пляже не так долго, но мой сынок успел наплаваться, строил песчаные замки, бегал.

Боюсь, на ужине он уже будет клевать носом. Так и есть. Еле успеваю впихнуть в него порцию куриной лапши, риса и огурцов – наш стандартный набор. Ест он плохо, особенно вечером. Но голодного спать тоже не положишь.

Ник засыпает рядом со мной на огромной кровати.

Слава заходит в спальню, смотрит на нас, ухмыляется.

– Я понял. Мое место на диване.

Я могу сказать, что Ника нужно переложить в кровать-манеж, которую нам принесли сотрудники отеля.

Сегодня я не готова к тому, чтобы Слава был рядом.

И вообще…Эта тема очень болезненная для меня.

Да, мы были вместе, но, как ни странно, несмотря на то, что мы собираемся пожениться, близость между нами случается редко.

Я даже не помню, когда это было последний раз.

Конечно, Слава рассчитывал, что на отдыхе с этим проблем не возникнет.

А они… они как раз возникли именно здесь.

Не нужно было соглашаться ехать на Кипр!

Я как мантру повторяю эти слова уже несколько часов.

Не нужно.

Слишком больно.

Столько лет прошло, а до сих пор ноет в груди. И воспоминания давят.

Как Ильяс отчитал меня за волейбольную партию. Как ревновал к этому парню – Андрею, кажется, которого упорно называл Артёмом.

И как мы встретили Зою… живую, невредимую, очень даже веселую и счастливую Зою.

Которой удалось вычеркнуть из жизни братьев Умаровых.