Мы не твои – 2

– Помешал! – безапелляционно заявляет Слава, и целует меня, а я…

Мне хочется увернуться, но я понимаю, что если сделаю это, то поставлю моего будущего мужа в неловкое положение. Да и почему я должна уворачиваться? Еще вчера я бы и не подумала это сделать.

Мне нравятся его поцелуи. И он мне очень, очень нравится.

Я влюблена в него. Да. Поэтому и согласилась выйти за него замуж.

Господи, как все сложно!

Зачем мы приехали на Кипр?

– Иляс! П’ивет! – Ник видит своего нового «длуга», бежит к нему довольный, – Ты пишёл!

Я все-таки отрываюсь от Славы, глядя на моего любимого малыша.

– Конечно пришёл! Ну что, выбираем мороженое?

– Ага, давай! – и Ник протягивает Илику руки, чтобы тот поднял его.

Эта картина заставляет мое сердце дрогнуть.

Ильяс поднимает сына на руки, бросает взгляд на меня, замирает, как-то очень виновато улыбается.

– Сколько шариков можно этому чемпиону?

– Два, больше он не съест, – почему-то у меня голос хрипит, откашливаюсь.

– Тли! Я сем тли! – заявляет Ник, Ильяс усмехается.

– Если что, я тебе помогу, дружище, выбирай!

Он подносит Ника к витрине, Слава отодвигает меня, удерживая за талию.

– Так что, милая, ты сама какое будешь?

– Дай подумать, – изо всех сил стараюсь улыбаться и вести себя непринужденно, – соленую карамель, мятное с шоколадом и…и ванильное. И еще капучино.

– Хорошо. Девушка! – Слава подзывает официантку, делает заказ, а я исподтишка смотрю на Ильяса. Он внимательно случает Ника, который спрашивает какой вкус у синего мороженого, а какой у зеленого.

Илик поворачивает голову и ловит меня за подглядыванием. И снова я вижу его виноватую улыбку.

Наконец, мы все определяемся с заказами, занимаем большой столик.

Разговор, естественно, не клеится. Только наш Николай не замечает общей неловкости, увлеченно рассказывает Илику о том, что в нашем городе тоже есть кафе мороженое, которое называется «пигин».

– Пингвин, – перевожу я.

А Ник продолжает, замечая, что там не так много разноцветного, но очень вкусно.

Как я и предполагала сын клюет пару ложек синего, зеленого, и ест из моей розетки самое простое ванильное. А Ильяс давится остатками его порции.

– Вкусно? – спрашивает его Ник.

– Очень, – откровенно врет Илик усмехаясь.

– Может не есть, он не обидится, – тихо шепчу я, и вижу, как напрягается Слава, который не слышит, что я говорю.

– Нет уж. Я совершу этот подвиг. – Илик смотрит на меня и облизывает ложку, а я становлюсь красной как рак.