Хочу тебя купить

Впрочем, вкусы меняются, и вчерашняя фаворитка может быть отправлена в угол.

Жасмин, значит. Принцесса.

Платье у неё, кстати, дорогого бренда. Туфли тоже. В ушках небольшие бриллиантики, ну или очень качественная подделка. На руке браслетик со знакомым логотипом. Настя любила «Тиффани». Я дарил.

Сейчас любое «Тиффани» на «Алиэкспрессе» можно купить, конечно.

Да и платье «Шанель» подделать как «здрасьте».

Просто малышка, видимо, любительница фейков.

Вода уже, наверняка заполнила джакузи. Подхожу к своей ночной гостье.

– Эй, слышишь меня, малыш?

– М-м?

– Тебе нужно принять ванну. Не бойся, я тебя раздену, трогать не буду.

– Ванну… да… хорошо.

Какая сговорчивая. И от ванны не отказывается. Давно я с эскортницами дела не имел, может они сейчас все… Чистоплотные? Перед качественным трахом нужно помыться?

– Я… сама разденусь. Пожалуйста.

– Попробуй.

Вижу, как она пытается расстегнуть молнию, безуспешно. Тяну руку, девчонка не протестует, только всхлипывает.

– Мне надо папе позвонить.

– А маме не надо? – не знаю почему, но с ней так и тянет на сарказм.

– Маме нет. Она в Италии. Мачеха есть. Моя подруга. Ой… где у вас туалет?

Чёрт, не хватало, чтобы её вырвало прямо в спальне! Капец!

Глава 8

Очень слабо соображаю, что происходит. Но самое интересное – мне сейчас вот вообще плевать!

У кого была хоть раз в жизни реальная мигрень – тот меня поймет. Это не просто «голова болит». Это она болит так, что ты не можешь двигаться, и хочется тихо плакать и жаждать яда, ну или гильотины.

Я очень хорошо понимаю Булгаковского Понтия Пилата я его «яду мне, яду».

Ты в таком состоянии, когда реально хочется сдохнуть, и ждёшь смерти как великого блага, как манны небесной.

Может поэтому мне так безразлично к кому я попала?

Я понимаю, что это мужчина, примерно возраста моего отца, может, моложе. И он сильный. Нёс меня на руках как пушинку. И еще он из-за меня подрался с этими малолетками, вдарил одному по челюсти.

Нет, всё-таки, наверное, мне не совсем безразлично.

Он меня спас.

А если он меня? Ну, если решит сделать со мной то же, что хотели они?

Лучше просто об этом не думать.

Когда мужчина меня увез, я так обрадовалась, но было плохо, сознание даже путалось. Не помню, что мой спаситель спрашивал, о чем говорил.

Помню только, что мне очень хотелось попросить его позвонить папе, но я не могла. Не было сил.

Сейчас лежу в комнате, в каком-то доме.