Все ведьмы – рыжие

Раздевайся и прыгай в воду и… Князь, не смей!

Я так и не поняла, что произошло, но Демона вдруг снесло воздушной стеной, и почти сразу его рубашка, которая все еще была на мне, вздернулась вверх и оказалась сорвана. В то же мгновение из леса вырвался покрытый листочками, колючками и веточками Игнат. И его повторно смело опять в те же кусты. А на моих джинсах расстегнулась молния.

– Вот скажи мне… – Стужев бесстыже и пуговицу расстегнул. – Кто учил тебя манерам, Ильева?

Он не дал мне ответить, сжав волосы на затылке и потащив к мосту.

– Забыла, с кем дело имеешь или совсем страх потеряла? – прошипел на ходу.

А потом мир перевернулся!

Я завизжала, оказавшись вниз головой, а Князь, преспокойно держащий меня за одну ногу и деловито снимающий мои кроссы, продолжил:

– Надеюсь, урок уважения к старшим и сильным ты усвоила, Ильева?

Он не ждал ответа, схватив за джинсы и просто вытряхнув меня из них. Оглашая окрестности диким воплем, я полетела в реку.

Вода оказалась вязкая, горячая и щипалась ко всему прочему. Уйдя под воду при падении, я не сразу поняла, где верх, где низ и как отсюда вынырнуть. Несколько мгновений паники, и меня вдруг обняли, потянули за собой, и едва удалось выплыть на поверхность, я услышала голос Игната:

– Все хорошо, Рит, не бойся, это молочная река.

Я натужно пыталась откашляться – вода попала в легкие, а еще больно было – все тело горело, глаза вообще пекло, больно до слез, и если бы не Демон, не знаю, что со мной было бы.

– Молочная река, кисельные берега, – лениво прозвучало сверху. – Демон, ты так трогательно-заботлив, не ожидал даже…

– Козел, – прошипел Игнат.

Мне тоже хотелось сказать что-то нелицеприятное, но тут случилось странное – я вдруг поняла, что одна часть моей одежды мне жмет. Ощутимо. Потом зачесалась кожа на голове. А потом…

– Только давай без криков, – почему-то попросил Демон.

Я открыла глаза, посмотрела на него и поразилась черной и густой шевелюре на так полюбившейся мне лысинке… Неожиданно очень.

Вскинув голову, посмотрела на Князя – Стужев нагло подмигнул в ответ, а затем с ухмылкой произнес:

– А мне нравятся твои верхние девяносто, Ильева.

В недоумении застыла, потом глянула на то, что мне так жало…

– Ох ты ж, силиконовая долина! – выдохнула я, обозрев отросшие части тела.