Урок шестой: Как обыграть принца Хаоса

И вот когда нас уже отблагодарили за добрые пожелания, все родственники подскочили к арке, распределились, и процессия двинулась к выходу из дома мастера-стекольщика. Так мы и вышли на улицу Ардама. Впереди шли воинственные гномы и били топорами в щиты, звон стоял невыносимый, следом бежали гномики и гномочки, разбрасывая цветы из смешных маленьких корзиночек, затем родственники несли арку, а в ней, стараясь не выбиваться из общего ритма движения, шли мастер Ойоко и уже госпожа Ойоко.

Мы, приглашенные, следовали за женихом с невестой в толпе таких же приглашенных, и Юрао, в отличие от меня, не умолкал ни на минуту:

– И что, говорите, никаких скидок? – притворно изумлялся какой-то незнакомый мне гном.

– Какие скидки, почтенный мастер Нурко? В убыток трудимся, – вдохновенно лгал Юрао.

– Да полноте вам, – второй гном присоединился к разговору, – контора в самом центре Ардама.

– Знали бы вы, во сколько мне аренда обходится, – продолжал обманывать офицер Найтес.

Аренду мы в помине не платили, здание Юр получил от главы клана Приходящих во Сне совершенно бесплатно, но видимо, это и была «правильная финансовая политика».

Так мы и шли к главной площади Ардама, чтобы аккурат к закату провести обряд бракосочетания по светским имперским порядкам, потому как для гномьей общины мастер Ойоко уже был женат с того момента, как подписал брачный договор.

И вот шумная гномья свадьба сворачивает с улицы Мертвого Висельника на городскую площадь, целенаправленно шагая к храму Великой Бездны, и тут я замечаю невероятное – у самого храма собралась толпа адептов в форменной одежде Академии Проклятий!

Смутные подозрения охватили меня с момента, когда я разглядела черно-синюю форму, но чем ближе мы подходили, тем отчетливее становилось понятно – адепты! Причем знакомые все лица!

И гномы шумят, звон такой, что не только вороны, но и мыши летучие всполошились, разбушевавшиеся воины поют воинственное «Ух вломим!», дети цветами уже не столько на дорогу, сколько друг в друга бросаются, мы с Юрао в толпе гномов, а у адептов Академии Проклятий глаза все больше и больше становятся…

Ну а когда гномье музыкальное творчество стихло, едва мы достигли ступеней храма, раздался знакомый гоблинский глас:

– Э-э-э, так чья свадьба-то?

«Жловис!» – мысленно простонала я.

– Свадьба почтенного мастера стекольщика Ойоко, – с достоинством ответила одна из гномих.