Урок шестой: Как обыграть принца Хаоса

И добавил уже громко: – Не, ну вы там долго стоять будете, сбегут же!

И тут произошло неожиданное:

– А может, мы сегодня… две помолвки, а? – не веря своему счастью, воскликнула матушка Юрао.

В следующее мгновение меня схватили за руку и помчали прочь с воплем:

– Нурх! Нурх, уволю, морда лошадиная!

Ворота распахнулись, и к нам наперерез помчались четыре тетушки. А темные эльфийки по силе мужьям ни в чем не уступают…

К великому нашему счастью новый работник конторы частного сыска вклинился между нами и эльфийками, Юрао запихнул меня в повозку, прыгнул сам и приказал:

– Валим!

И едва дом дроу остался позади, Найтес откинулся на спинку, вытер пот со лба и пробормотал:

– Пронесло…

Это он зря.

– Слушай, партнер! – начала злая адептка Академии Проклятий.

– Кстати, да, ты это – если в городе одну из моих теток увидишь, сматывайся сразу. Понимаешь, они на вид мирные, а на деле входят в состав личной охраны нашего главы рода.

– Ой, Бездна, – пробормотала я.

– И не говори. А я у них в семье единственный наследник. Мать – младшая, из семи сестер дети только у нее, остальные, имея по три любовника, замуж не торопятся, в итоге страдаем я и Ри!

– В смысле? – не поняла я.

– В смысле, пока у нас дети не появятся, мать не сможет вернуться в Западное королевство и пост в армии не получит, – пояснил Юрао.

И я вдруг подумала, что, кажется, не все понимаю.

– Юр-р-р, – не скрывая подозрительности, протянула напряженно, – ты сейчас на что намекаешь?

Партнер ссутулился и признался:

– Тетки приехали все и разом, чтобы меня женить.

– Вот… Бездна, – других слов у меня не было.

Дроу сник окончательно, тяжело вздохнул и добавил:

– Эти… из отряда «Ловцы теней» за ночь лишили меня всех любовниц…

– В каком смысле? – не поняла я, поправляя чуть растрепавшуюся прическу.

– В прямом. Схватили, связали, приволокли в дом, там начали бросать жребий, какая из них утром выходит за меня замуж.

– Ой…

– Тебе «ой», а мне? – Золотые глаза казались самыми несчастными во всех мирах. – Мои искренне верили, что каждая у меня единственная… – тяжелый вздох. – Семь пощечин за одно утро – перебор. И меня бросили… все семь любовниц.