Темная империя. Книга вторая

Потому что именно сегодня, Золотой жрец мог сказать:

– В саду королевы расцвели розы, братья. Золотые розы.

И насладился повисшей тишиной. Жрецы потрясенно молчали, глядя на того, кто возглавил идущих путем Ненависти. Он улыбался, сверкая острыми оточенными клыками, столь ярко выделяющихся на фоне выкрашенных в черный цвет губ дроу. И Таэлран не считал нужным скрывать улыбку.

Да, он бросил вызов верховной власти.

Да, эта ночь станет пиром Смерти, где главным угощением будут королева и ее дочери.

Да, никогда прежде идущие не стремились к захвату власти в королевстве, что стало их пристанищем. Но он Золотой жрец, он великий Таэлран, он тот, кто приведет к победе.

– Отступаешь от канонов, брат, – сухо произнес четвертый жрец.

Золотой улыбнулся шире, пристально глядя на Тагора, и парировал:

– Разве каноны привели нас к победе, брат?

И жрецы переглянулись, а после кивнули, признавая правду Золотого. И только четвертый вновь выступил против:

– Но смерть королевы не приведет к нашей гибели, а леди Дэя Тьер… Братья, готовы ли вы бросить вызов темному? Готовы ли утратить все, что создали, ради прихоти Золо…

– Ее избрал не я, – с глухой яростью перебил Таэлран, – и не я пытаюсь оспорить выбор Судьбы.

А вот это уже намек. С нескрываемой угрозой. Четвертый жрец побледнел, отвел взгляд. Золотой мысленно усмехнулся – Тагор не относился к тем, кто готов был рискнуть и станцевать на лезвии ножа, а потому…

«Скоро, очень скоро я увижу твою смерть, четвертый, – подумал Таэлран».

– Леди Дэя Тьер, – повторил Золотой жрец.

– Тьер, – первый нахмурившись, взглянул на Таэлрана и напомнил: – Мы все помним Великий Мрак, брат мой, ты же молод и не ведаешь, что Тьер сын леди Тангирры Анаргат.

– Почему же, мне это известно, – Золотой позволил себе спокойную улыбку. – Как и то, брат мой Кахинор, что сорок четыре года назад, Судьба указала на леди Тангирру Анаргат, как на дитя Бездны.

И подавшись вперед, Таэлран зашептал, быстро и жестоко:

– Двое выживших их четырнадцати тысяч, братья! Двое! Спасенные чудом!

Жрецы опустили головы, признавая правоту самого молодого из них.