Сияние Черной звезды

Как, впрочем, и то, что едва ли в ее родном замке с радостью воспримут известие о гибели прежнего владетеля. У любого режима власти есть как противники, так и сторонники – это неизменный закон. И леди Вентэр не могла не понимать, что по возвращении ей придется столкнуться с теми, кто встанет горой за сохранение своих, полученных при ее отце, привилегий. Дальше все просто – если не понимала, значит, глупа, а мне не способные просчитать простейшие последствия своих действий наместники не нужны вовсе. А если просчитала, но не способна дать отпор – значит, слаба.

Один из удерживающих леди Вентэр элларов внезапно толкнул светлую, а едва та попыталась встать, ударил наотмашь железной перчаткой. На заиндевелый белый камень двора упали капли алой крови. Два шага, и ударивший пресветлую эллар, вновь швырнув ее, повторно пытающуюся подняться, наступил на горло девушки ногой, пригвождая к ледяным камням, и, обведя победным взглядом всех находящихся вокруг, заговорил, старательно выпячивая грудь.

На этом моя выдержка дала сбой. Впрочем, будем откровенны – я никогда и не отличалась никакой особой выдержкой. И даже понимая, что гораздо разумнее было бы сейчас не вмешиваться, а в дальнейшем работать напрямую уже вот с этим, совершенно мерзким отродьем, приняв как данность его правление в Снежном дворце, остаться в стороне не смогла.

– Эдогар, портал! – приказала зазвеневшим от гнева голосом, не отрывая взгляда от откровенно душившего леди Вентэр ублюдка.

И сама же остановила его, когда девушка, змеей изогнувшись, выскользнула из-под сапога светлого и, приподнявшись, нанесла удар в его незащищенный бок, мгновенно призванным ледяным мечом. Второй из одетых в меховые плащи кинулся было к ней и…

И потрясенно застыл, глядя, как первый рывком извлекает меч из своего бока и перерезает горло.

Себе.

Сам.

В ужасе глядя куда-то вперед.

Я сместила картинку и посмотрела на появившегося там, прямо в том стылом дворе Снежного дворца, кесаря, ледяным взглядом сопроводившего самоубийство сначала одного из напавших на пытающуюся сейчас встать леди Вентэр, а потом и второго, который, так же зачарованно глядя на кесаря, молча перерезал себе горло.