Шепот в темноте

А это Кими, она, как и остальные девушки, ждет Ночи весенних песен, вот тогда бродить будет уже не с мамой, а с подругами. Ты где хочешь, в лесу или ближе к озеру сесть? Ближе к озеру? Да, там лучше всего. Комаров нет, не бойся. Ох, бесенята уже дичь подняли, слышишь?

Все, что я услышала, – это отдаленный вой, и ничего более.

– Кто-то крупный, – встревоженно произнесла Аяша, остановившись.

Но уже в следующее мгновение облегченно выдохнула и затараторила:

– А, Повелитель здесь, все в порядке, он разберется.

– С чем разберется? – спросила я, пытаясь подстроиться под быстрый шаг женщины.

– Со всем, – беззаботно ответила она. – Это же Повелитель, когда он в городе, можно совершенно ни о чем не переживать. Вот, малыши уже завалили добычу. Идем.

Но идти дальше не получилось, потому что абсолютно беззвучно подъехавший мотоцикл перегородил путь.

– Садись, – холодно приказал мне Роутег.

Хотела было сообщить, что я лично предпочла бы прогулку, но, вспомнив увиденное по телевизору, догадалась, зачем он приехал.

Мотоцикл мягко завелся и бесшумно сорвался с места.

Ну вот и закончилась моя отсрочка.

Когда выезжали из парка, оборотень неожиданно прорычал:

– Не прижимайся ко мне!

Отпрянула.

– Держись, но не прижимайся, – произнес уже мягче.

Я могла бы промолчать, но была расстроена, и мне, откровенно говоря, было страшно, поэтому, откинувшись чуть назад и ухватившись за железную часть багажника, спросила:

– Ты настолько брезгливый или я настолько отвратительна?

Мотоцикл остановился.

– Я брезглив, это да. Но что касается тебя… – Он оборвал себя на полуслове, не закончив фразы. Затем продолжил: – Либо ты держишься за меня и мы, доехав до моего дома, спокойно поговорим, либо я усажу тебя впереди, но в этом случае разговора не выйдет, я внесу тебя в дом и уложу на спину, в том самом смысле этого выражения, который предполагает интимный контакт.

Оторопев от услышанного, я замерла, все в той же позе, то есть откинувшись назад и держась за стальной багажник мотоцикла. Потом до меня дошло… и сказанное им, и намек, и… все остальное. Почему-то в этот момент больше всего перепугало только одно: «Будет война».