Право сильнейшего. Дочь воина. Невеста воина (сборник)

 – Слушай, папик, может, ты не в курсе, но я кадет ГГУ Вейсара!

На этой патетической ноте папик повернулся к маме.

– Гейрский Государственный Университет космических путей сообщения имени Эвана Вейсара, – пояснила ему мама и добавила информацию, которой тот, видимо, не обладал: – Кира поступила, пройдя по конкурсу сто сорок девять человек на место… Это очень высокое достижение, Агарн.

На губах папика промелькнула странная усмешка, после чего он произнес:

– Я рад.

И это все? У меня шесть лет ушло на подготовку, каждое лето военно-спортивные лагеря, да я когда поступила, мы с мамой месяц прыгали, а тут…

– Урод, – емко сообщила я и села обратно.

Мне было обидно, и очень.

И, говоря откровенно, идея слетать на папандрову планету вдруг показалась не такой уж плохой. А что, слетаем, попортим отче жизнь, этому Нрого рожу начистим, у меня по диверсионной тактике лучшие оценки в группе, мастер Кей всегда говаривал: «МакВаррас, вредительство у вас в крови». Так что полет на Иристан мне не страшен, а там Исинхай поможет либо сама разберусь.

– Если я полечу по своей воле и соглашусь стать женой Нрого, ты сохранишь свободу моей матери?

Отец усмехнулся и посмотрел на меня проницательным, умным и пристальным взглядом. И вот у Дейма точно такой.

– Киран, – голос отца тихим рокотом разнесся по гостиной, – твоя мать принадлежит мне.

Я замерла, но дальше было хуже:

– И ты, дочь, принадлежишь мне.

Вот и все. Он пошел на уступки, он дал мне поиграть в «право выбора», а теперь просто указал на место. Место, видимо, тоже находилось в его собственности.

– Но я – кадет, – пытаюсь воззвать к его разуму, – а мама летчик-испытатель, вот так просто нас забрать нереально!

Папандр усмехнулся, изогнув лишь край рта, и ровным, спокойным голосом произнес:

– Собирай вещи, если тебе есть что взять. Корабль готов к вылету.

И вид такой – самодовольно-невозмутимый. Ненавижу таких.

– Киран, не смей. – Окрик мамы вынудил оторвать взгляд от отца и посмотреть на нее. Мама одними губами прошептала: – Много вещей не бери.

И я вдруг поняла: она что-то задумала. Сто процентов. Вот только вид потерянный и глаза осужденного на смертную казнь, но в моей безопасности мама уверена. С чего бы? Учитывая планы папандра, мне уготована роль инкубатора. Но спорить я не стала.

Кивнула, встала и пошла собирать вещи.