Принцесса особого назначения

– А-а-а, какой кошмар, – завопила я, и, спрыгнув с кровати, побежала к дверям. Ворвавшиеся стражники меня задержали и… тут же отпустили, пораженно глядя на творящееся безобразие.

Это было самой прекрасной картиной из всех мною виденных: Динар, обнаженный и разгневанный, и муравьи, муравьи, муравьи, и больше всего этих монстров было на том самом, что столь щедро облил медовухой сам рыжий урод!

– Ядовитые муравьи, – ошеломленно прошептал один из стражников.

– Воды! Воды! – заорал Динар.

А я неторопливо направилась в свою комнату.

Муравьишки оказались еще и ядовитыми! Надеюсь, эта тварь – я про Динара – сдохнет! И даже мое чувство мести не имеет ничего против такой смерти!

Я засыпала под дикие вопли бывшего правителя Далларии, и с моих губ не сходила улыбка… Какое блаженство!

* * *

Муравьишки приласкали Динара знатно. Еще пять дней даллариец метался в бреду. Лекарь не отходил от его постели, каждый час вливая в приоткрытые губы настойку с магическим зельем.

И, к моему искреннему сожалению, все же поднял мерзавца на ноги.

На седьмой день, когда я уже строила планы бегства к милым моему сердцу оркам, дверь моей комнатки распахнулась, являя совершенно здорового Динара. Вообще я планировала использовать его временную небоеспособность в своих целях, но даллариец, перед тем как впасть в беспамятство, умудрился отдать приказ запереть меня. В результате все дни я находилась под арестом и уже успела изучить до мельчайших подробностей не только стены каморки, но и унылый вид за окном.

Развлекала меня разговорами только та самая старуха, которая носила мне еду.

– Охоньки, выжить после одного укуса рыжего муравья не каждый может, а тут их видимо-невидимо набежало… А лорд, он сильный, наверное, цель у него есть, раз так за жизнь цепляется. Даже лекарь Ородо говорит, что, возможно, выживет благодетель наш. Молиться нам, деточка, нужно, молиться.

Я молилась, чтобы он сдох, так как представить ту самую цель, из-за которой в ад этот рыжий не желал прогуляться, было не сложно.

И вот, глядя на рыжее чудовище, причесанное, одетое и внешне совершенно спокойное, я надеялась, что шенге что-нибудь придумает и спасет меня.

– Катриона! – начал Динар, и ох как мне это не понравилось, лучше бы Утыркой назвал, привычнее все же.

– Динар!

– Катриона!!! – прорычал медноволосый.

– Динар! – Я невольно улыбнулась.

– Катриона!!!

– Да, это я – Катриона.