Будь моей ведьмой

 – Не грусти, Риточка, коли судьба вам вместе быть, так хоть знать будет, ирод бессмертный, что дорога ты ему.

Слезы высохли. Мгновенно. «Коли судьба вам вместе быть, так хоть знать будет, ирод бессмертный, что дорога ты ему»? Недоверчивый взгляд на бабу Ягу, женщина улыбнулась в ответ.

– А я дорога ему? – тихий вопрос.

– Больше, чем он тебе. – Яга улыбнулась.

– А…

– Чай? – перебила меня ведьма.

– Малиновый? – шепотом спросила я.

– Мятный, с малиновым вареньем и пирожками.

– Пицца? – все так же шепотом.

– Да мы вернуться не успели, как съели ее и три последующие, пока ты плакала.

– Зззвери бессовестные! – Я села, подтянула колени к подбородку.

Яга поднялась, взяла чашку и, вернувшись, протянула мне. Мятный чай удивительный напиток – теплый, когда пьешь, оставляющий вкусный холодок во рту, едва сглотнешь, и очень мысли прочищающий.

– Маленькими глотками и не спеши, – посоветовала Яга.

Я и пила – очень медленно, неспешно, задумчиво глядя на притихшую печку… не мою, моя мне казалась симпатичнее.

– Ты приходишь в себя, – с улыбкой сказала Яга.

– В смысле?

Ведьма забрала у меня уже пустую чашку, взяла зеркало со стола и дала мне. Осторожно повернула зеркальной поверхностью, взглянула на себя и перестала дышать – белая, молочно-белая кожа, черные изогнутые брови, длинючие смоляно-черные ресницы, пушистые, длинные и густые, как накладные; темно-зеленые глаза, розовые припухшие после всех рыданий губы, ну нос тоже красный, куда ж без этого… Я – красавица.

– Очень красивая, – подтвердила Яга.

Из темно-зеленых глаз покатились слезы.

– Ну что такое? – Она осторожно забрала зеркало.

А я…

– И кто я теперь? – вопрос дался с трудом. – Ведьма?

– Ты? – добрая улыбка. – Ты Маргарита Ильева на Земле и двенадцатая Яга на Терре.

– Я же на Земле буду, – напомнила едва слышно.

– Терра – твой дом, огонь – твоя стихия, коснись огня и подумай о доме – печь перенесет на Терру, домой или куда пожелаешь.

Удивленно смотрю на печь. Надо же – портал, а еще пироги печет.

– Так вот почему печка есть в каждой избушке, – догадалась я.

– Не только.