Лесная ведунья. Книга вторая

Слезы быстро вытерла, на стул свободный указала, да и…

Вдруг подумала – А чего это я ему обрадовалась-то? Он же за списком пришел, а список не готов еще.

– Госпожа хозяйка лесная, – аспид сел на место предложенное, в глаза мои вглядывается напряженно, и словно бы виновато. – Случилось чего, али как?

– А, ничего не случилось, – я новый листок взяла, перо гусиное в чернила обмакнула, – так, о прошлом вспомнилось, да и взгрустнулось невзначай. А ты прости меня, аспидушка, за дверь погребную, сама не ведаю, что нашло на меня.

Ну вот, извинилась, а то чувствовала себя поганкой вреднючею, да и неудобно было, совестно.

– Ничего, то тренировка была, а тренировка завсегда вещь полезная, – мирно отозвался аспид.

– И за Гыркулу благодарствую, – не поднимая взгляда от листка, добавила я.

– Дело прошлое, – уклончиво ответил аспид, словно и принял благодарность, и… не совсем.

А я слезы вытерла. Откель взялись не ведаю, но с чего-то прекращаться отказывались.

– А сдается мне, что-то да случилось, – медленно проговорил аспид.

– Аспидушка, – я голову подняла от стола, на аспида поглядела, – я в твои дела не лезу, откуда ты пришел не спрашиваю, вот и ты, будь добр, в душу мою не лезь.

Ответом мне был спокойный взгляд холодных глаз на черном матовом лице, и еще более холодное:

– Аедан.

Ну так, значит так.

– Будь, по-твоему, господин Аеданушка, да только от обращения, суть сказанного не меняется.

И я начала писать.

Первым пунктом шло – «Ловушки наземные».

Аспид слегка подался ко мне, поглядел на написанное и спросил:

– Это как?

Ох ты ж… да, как-то объяснить то надо.

Вздохнула, и попросила:

– Садись близехонько.

И указала на место, рядом с собой.

Да только аспид взял, и вместо того, чтобы со стулом передвинуться, сам поднялся, подошел, на колено опустился, и вдруг как-то неуютно мне стало, от близости такой. Моя б воля, я бы отодвинулась, да некуда – стул и так в стену упирается. А тут аспид еще и руку одну на спинке моего стула разместил – и вообще неуютно стало ведьме непутевой.

Осторожно я руку протянула, осторожно щеки аспида коснулась… страшно было мне, боязно, неуютно, а еще этот-то, совсем близко.