Лесная ведунья. Книга третья

Митятька, извернувшись листочек хватанул и как все мальцы тут же в рот засунуть попытался – отобрала скоренько, он давай реветь. Я огненный синий листочек создала – мигом про горе-печаль забыл, и давай пытаться огненный листочек поймать. А Ульяна смотрела и понять не могла, что же это такое малыш видит, от чего смехом заливается, но как и я улыбнулась невольно.

– Отец твой был магом, – сказала ей.

И тут же исчезла улыбка с лица женского.

– И Никола, и Луняша и Митяй в себе тоже дар магический имеют, – продолжила с новостями не радостными.

Сжалась Ульяна, и прошептала губами побледневшими:

– Так воду ту и я пила, госпожа лесная ведунья.

– Ты – дочь, – тихо сказала я, – была бы сыном – дар был бы, слабый, но был. А вот у Луняши дар есть. И не слабый.

И такая бледная Ульяна сделалась, что я уж думала сознание сейчас потеряет, но усидела, только дышала тяжело, все пытаясь понять.

– То, что проиграл свою жену тот, кого тятей зовешь, неудивительно.

Не стала добавлять, что проигрывают магам все, кроме ведьм. Ведьмы выигрывают! Даже у вампиров запросто выигрывают, особливо когда выпьют, ну да не суть.

– А мать твоя гордая, за подлость такую мужа не простила, вот только гордость порой злом оборачивается.

Митяй умудрился почти достать огненный листочек и я его тут же обычным заменила, и теперь ручонки придерживала, чтобы опять лист в рот не потянул.

– Почему злом? – тихо спросила Ульяна.

– Потому что жизнь – штука сложная, – я листик отобрала, снова в воздухе держать начала, а Митяй старательно достать пытался и ручками и уже ножками тоже. – Она из гордости и себя и вас на жизнь трудную обрекла. Ты, Ульяна, сейчас сама из сил выбиваешься, но Николу пустила гулять, потому что на своей шкуре изведала что такое работа от зари до зари, и как это горько, когда на улице дети резвясь веселятся.

Опустила голову жена Саврана, в глазах слезы. Ох, жалко ее так, и себя жалко – я тоже знала, что такое работать головы не поднимая, и слышать как детвора бегает только из-за стен сарая, где навоз убираешь два раза в день в любую погоду. Горько это, и обидно, и тяжело.

– Да это дело прошлое, – и себе и ей сказала, – а ныне тебе вот о чем знать надобно – чем дольше вы в лесу Заповедном живете, тем сильнее у детей дар будет.