Хелл. Обещанная усем любофф

Даркианец знал, что это такое. Знал слишком хорошо, чтобы проигнорировать:

– Хелли, детка, удели мне еще мгновение.

– Ааа, – из полудремы ответила наемница.

– Родная, скажи, что в этом кинжале не твоя кровь!

– В каком, в белом, который как капсула? – сонно спросила Хелл, не открывая глаз.

– Ага…

– Да моя, – она зевнула и повернулась на другой бок, – я его свиснула перед побегом, а то странные они такие, берут кровь, а потом ты у них, как маячок на карте… Ненавижу…

– Это я понял, – задумчиво произнес даркианец, но его уже никто не слышал.

Хелл спала долго, и просыпаться желания совсем не было. Сквозь сон она слышала, как Ксиай с кем-то переговаривается, как ложится рядом поверх одеяла и долго держит ее за руку, чуть поглаживая ладонь пальцами с черными когтями.

Но проснуться пришлось, едва она поняла, что находится не на корабле. Села на постели, значительно большей, чем та, что была на корабле, осмотрела мрачноватую спальню с преобладанием черного и алого.

Поднявшись и исследовав помещение на предмет поиска нужных комнат, Хелл обнаружила и санотдел и душ, в душе она провела немало времени, нагло заимствуя странное мыло с приятным ароматом цветущей атсары. Завернувшись в широкое, почти как простыня алое полотенце наемница вернулась в спальню и остановилась на пороге, поймав несколько удивленный взгляд рыжей демоницы в ярко-зеленом.

– Он привез себе эту, – на даркианском произнесла красноглазая, – все же привез!

– Вот только не надо сейчас пытаться меня прибить, – устало вздохнула Хелл, – у меня на это совсем нет настроения.

Демоница посмотрела на нее удивленно, потом горько рассмеялась:

– Я похожа на скарити? Тронуть возлюбленную императора – это самоубийство в жестокой форме! Что бы я не испытывала сейчас к тебе, я лучше помолчу! Ложись в постель, малышка, и жди, пока он соизволит вернуться. И я очень не рекомендую тебе выходить! Раз одежду тебе не принесли, значит должна оставаться в спальне!

С этими словами демоница покинула императорскую спальню, заставив Хелл в изумлении анализировать поступки даркианца.

"Для демонов жалость – это слабость, которую они себе не могут позволить!"

"Брр, – подумала Хелл, – надо выбираться на Землю, пока не поздно.